— Если поймать.
Вик почувствовал, как внутри проснулось что-то первобытное. Даже не голод — древний охотничий азарт. Настоящая еда стояла в воде на расстоянии вытянутой руки и нагло шевелила хвостом.
— Ловим, — решила Эль.
— Чем? — спросил Сай.
— Руками!
— Удачи.
Эль стянула перчатку, сунула руку в воду, резко дёрнула — и только замочила рукав. Форель плеснула хвостом и исчезла, стремительно, будто её вырезали из мира.
Вик попробовал зайти с другой стороны, поскользнулся на камне и едва не сел в ручей.
Майор с терпеливым страданием наблюдал за их потугами.
— Нужна сеть. Или острога, удочка, ловушка. А не два городских идиота и девчонка с мокрыми рукавами.
— Я не городской идиот, — огрызнулась Эль.
— Тогда не делай того, о чём ты сейчас подумала.
На лице девушки мелькнула досада. Порывисто выйдя из воды, она прошлёпала босыми ногами туда, где лежали их вещи.
Вернулась она с плазмаганом.
— Нет! — запротестовал Сай. — Палить в воду — плохая идея!
— Она у самой поверхности.
— Эль, не стреляй!
Упрямо нахмурившись, она вскинула ствол и выстрелила.
Бабах!!!
Кипящий гейзер взметнулся над ручьём.
Случилось то, что и должно было случиться. Плазма не ушла в глубину красивым боевым сгустком — она ударила в поверхность и взорвала её белым хлопком. Вода мгновенно вскипела, пар рванул вверх, брызги хлестнули по лицам, по рукам, по одежде. Вик отшатнулся. Сай заорал что-то очень недворянское. Эль сделала шаг назад, моргая мокрыми ресницами.
Над ручьём повисло облако пара.
— Поздравляю, — сказал Майор. — Вы изобрели самый тупой способ рыбалки во Вселенной.
Сай укоризненно посмотрел на девушку:
— Ещё раз так сделаешь — сваришь не рыбу, а нас.
Эль его не слушала. Она вглядывалась в воду — и вдруг подпрыгнула на месте:
— Смотрите! Смотрите!
У камней, поблёскивая белым брюхом, билась оглушённая форель. Ещё одна лежала боком на мелководье. Третью медленно сносило течением.
Эль захлопала в ладоши и запрыгала по берегу, как девчонка:
— Получилось! Рыба! Настоящая рыба! Я поймала рыбу!
— Ты её контузила, — поправил Майор. — Впрочем, в истории войн это тоже считалось результатом.
Вик бросился первым, поскользнулся, больно ударился босой ногой о камень, но поймал добычу обеими руками. Рыба дёрнулась — скользкая, сильная — и едва не ушла. Эль прижала вторую к гальке, Сай выхватил третью у самого переката и посмотрел на неё так, будто от имени всего рода Гринсволдов лично извинялся за это варварство.
— Видишь? — сияла Эль. — Работает же! Работает!
Рыбы оказалось три. Сай выпотрошил их быстро и ловко, без лишней скрупулезности, промыл в ручье и нанизал за жабры на свежесрезанный прут.
Вскоре над костром поплыл дивный запах свежеприготовленной пищи
Вик замер. Ни разу еще он не вдыхал такого аромата: смешанный с дымком запах горячей форели, чуть обуглившейся кожицы, капающего на угли жира и чего-то ещё — сладковатого, речного. Эль, не отводя глаз, смотрела на рыбу.
— Долго ещё?
— Если нравится есть уголь — можно ускорить, — пояснил Сай. — Это натуральна еда, ее недостаточно просто разогреть! Или хочешь отравиться?
— Не хочу.
— Тогда жди.
Ждать оказалось труднее всего.
Наконец, а Сай снял с огня первую форель, разделил на три части. Вик схватил протянутый хвост, обжёг пальцы, но добычу не выпустил. Мясо было горячее, белое, распадалось на сочные слои и таяло во рту. Соль почти не чувствовалась, а вот дым пропитал все. Вик ел, обжигался, и не мог остановиться. В жизни он не пробовал ничего вкуснее!
Эль уверенно вгрызлась в свою рыбину и тут же, закашлявшись, выплюнула на ладонь что-то тонкое и острое.
— Это ещё что такое⁈
— Кость, — сказал Сай. — Осторожнее, их там много.
Девушка поднесла находку к глазам и уставилась на неё с искренним изумлением:
— У неё внутри… кости? Настоящие? Как у человека?
— Скелет. Рыба же позвоночное.
— Я думала, еда — это просто еда. — Она с ненавистью отбросила кость. — А у неё, оказывается, скелет. Ты не говорил, что это ловушка с мясом.
— Я сказал, что это рыба.
— Надо было сказать, что она кусается изнутри.
Вик коротко рассмеялся — сам от себя не ожидал.
Дальше Эль ела уже медленно, недоверчиво ощупывая языком каждый кусок, но не остановилась, пока от рыбины не остался обглоданный хребет. Потом внимательно рассмотрела и его.
Рыбы было мало, но она показалась настоящим пиром. Может, потому что ещё недавно эта еда плавала сама по себе.
Покончив с завтраком, они двинулись дальше.
Лес стал суше. Под ногами уже не хлюпало, хотя корни по-прежнему норовили поймать ботинок. Сай шёл впереди, будто читал одному ему видимую разметку. Эль то обгоняла его, то отставала, то исчезала на пару шагов в сторону — и возвращалась с видом человека, который проверил местность на предмет личной обиды.