— Разбудишь? — спросил Вик.
— Если начнут вас убивать — немедленно.
Вик долго ворочался на своей кровати, но сон не шел. Лишь под утро к нему пришло тяжелое забытье.
«Дикобраз» снова падал, но никак не мог долететь до земли. Корпус просто висел над чёрным лесом, Вик вскрывал плазмоганом обшивку. Но никак не мог довести дело до конца: прожженная дыра, казалось, затягивалась сама собой. Его окружали бойцы роты. С надеждой смотрели на него, а он все никак не мог прожечь эту дыру…
И вдруг сверху посыпались дроиды-пауки. Точно такие же, как тот, арестовавший его на станции. Они падали сотнями, хватали тонкими манипуляторами за людей, вскрывали их броню, поливали огнем плазмоганов.
Вик попытался бежать, но ноги увязли в мягком металле палубы.
Вдруг он увидел, что среди раненых лежала его мать.
— Деньги дошли? — спросила она.
Кто-то забарабанил по корпусу.
Вик дёрнулся и проснулся.
Стук повторился. Уже в дверь. Эль мигом вскинулась на кровати с плазмаганом в руках.
За дверью послышался женский голос:
— Молодые люди! К вам господин Кёнигсби. Говорит, дело срочное.
Спустив ноги с кровати, Вик выглянул в окно, выходящее на улицу.
За окном стоял тёмный служебный ховер. Возле машины ждали водитель и двое людей в форме поместья.
— Ночью состоялся новый разговор, — быстро начал докладывать Майор. — Они перехватили наш вызов Саю. Оливия предложила…
Но тут дверь открылась.
На пороге стоял дворецкий Кёнигсби. Несмотря на ранний час, выглядел он безупречно: старомодный сюртук тщательно выглажен, перчатки без единого пятнышка.
— Доброе утро, — церемонно произнес он.
За спиной управляющего мялась жена Кэндалла.
— Разрешите, я поставлю завтрак…
— Благодарю, — сказал Кёнигсби. — Но сначала мне необходимо переговорить с гостями наедине.
Женщина тут же вышла, и они остались наедине.
Кёнигсби бегло оглядел комнату.
Вик сел на кровать и начал натягивать сапоги.
— Вы что-то сегодня рано.
— Обстоятельства редко уважают распорядок.
— Тут, я смотрю, вообще мало кто мало что уважает!
Управляющий пропустил колкость.
— Надеюсь, вас разместили приемлемо?
— В любом случае лучше, чем в поместье!
Дворецкий сделал огорчённое лицо.
— Признаю, вчерашняя встреча прошла на удивление неудачно. Видите ли, леди Оливия находится под сильным давлением: болезнь супруга, напряжение на границах, внезапное возвращение пасынка…
— И мы. Страшнее любого вторжения.
— Неизвестность, молодые люди, часто тревожит сильнее знакомой угрозы. Однако перейдём к делу…
Он подошёл к столу.
— У леди Оливии возник резонный вопрос: что за имущество находилось на том корабле, что потерпел крушение на ее землях?
Вик откинулся на спинку кровати.
— Это что, вы пришли в такую рань ради чужого барахла?
Кёнигсби досадливо нахмурился.
— Я пришёл выяснить, не представляет ли груз корабля опасности для Высокого дома Гринсволдов. Военная электроника, реакторные модули, закрытые контуры искусственного интеллекта могут быть… нестабильны.
В этот момент Вик понял, как надо себя вести.
Глава 18
«Я глуп. Молод, глуп, хвастлив и предельно самоуверен. Ведь все наемники таковы, правда, Кёнигсби?»
И, развязно усмехнувшись, Вик самодовольно заявил:
— Ну раз вас беспокоит это, можете начинать паниковать. Там столько федерального добра, что ваш Высокий род, или как вас там, от одного только перечня дерьмом подавится!
Кёнигсби вежливо наклонил голову.
— Федерального?
Вик сделал вид, что сболтнул лишнее.
— Ладно, всё равно скоро узнаете, — махнув рукой, ответил он. — Вольная Рота перед падением корабля сорвала крупный куш. Штурмовали один камешек в космосе, под названием А7Д5. И там взяли груз, который лет шестьсот никто не трогал. Старые военные блоки, архивы, управляющая электроника. Все охерели от счастья! Половину мы даже не успели разобрать.
Дворецкий попытался сохранить бесстрастный вид, но на его лице всё же мелькнула тень раздумья.
— И всё это осталось на лихтере?
— Большая часть.
— В каком состоянии?
— Да уж получше того барахла, что мы видели по дороге сюда. Хочешь, покажу? — развязно спросил Вик. Он продолжал играть роль нагловатого подростка.
Однако Кёнигсби не обиделся.
— Было бы любопытно взглянуть! — внешне безучастно произнес он.
Вик медленно расстегнул подсумок, вынул одно нейроядро и один мемори-блок, положил на стол.
Управляющий достал тонкий сканер. Над корпусами прошла синяя сетка, на экране прибора вспыхнули строки, и глаза Кёнигсби полезли на лоб.