- Ну вот, а ты ещё идти не хотел, - ехидно подмигнул Вартис, едва они разместились за небольшим столиком в углу. - Ты стал известен, Колин.
- К чертям такую известность, - нахмурился сержант, ничуть не разделяя радости друга.
- Уж извини, сам виноват. После сегодняшнего выступления магическое сообщество ещё не скоро о тебе забудет...
Вартис махнул пробегавшей мимо служанке.
- Милая, принеси-ка нам кувшинчик лучшего пива и чего-нибудь мясного на твоё усмотрение.
Девушка кивнула, озорно окинула взглядом хмурого сержанта, смутилась, залилась румянцем и ушуршала юбками в сторону кухни.
- А ты ей понравился, - ухмыльнулся Вартис, пытаясь хоть как-то поднять настроение угрюмого друга. Колин отмахнулся от подначки и сменил тему, задав давно назревший вопрос:
- Вместо того чтобы шутить, объясни лучше почему ты меня не предупредил о смертности на арене?
- А что бы это изменило? - парировал Вартис, вопросительно задрав бровь.
- Нет, но... так же нельзя...
- Можно, нельзя, - отмахнулся маг, - какая теперь разница? Главное - результат. А лишние знания вызывают лишь пищу для сомнений... О, вовремя! - он подхватил с только что принесённого подноса кувшин и наполнил кружки. - За тебя!
Колин не стал спорить с доводами друга, тем более, что в какой-то степени он прав. Знай сержант заранее об опасности быть убитым и что? Отступился бы? Конечно же, нет. Он успел полюбить способности, подаренные Снежным Сапфиром. Поэтому Колин принял тост и осушил стакан в два глотка. После чего задал ещё один вопрос, волнующий не менее первого:
- Знаешь что мне ещё интересно, друг Вартис? Почему так получается, что обучение в академии длится целое десятилетие, а экзаменуют лишь на реакцию и интуицию? Недоработка?
- Отнюдь, мой друг, отнюдь, - Вартис закинул в рот кусок копчёного мяса, запил пивом, тщательно прожевал и лишь затем снизошёл до ответа. - Дело в том, что академия всего лишь готовит будущего мага к самостоятельной жизни, закладывая нужные для дальнейшего развития знания и умения. Это сродни тому, как мать учит дитя ходить и говорить - не научишься в детстве, потом будет намного сложнее. Поэтому выпускников проверяют таким образом. Сумеет ученик выстоять против мага первой ступени, значит, есть у него желание и стремление обучаться дальше. А коли не сумеет, то и жалеть не стоит - годы обучения прошли даром. Думаю, ты и сам это прекрасно понял, но пока не принял как должное.
Вартис решил, что вопрос исчерпан и стал разглядывать собравшихся, прихлёбывая из стакана, но Колин ещё не закончил.
- А как же тогда экзаменуются мастера?
- А зачем тебе об этом знать сейчас? Вот пройдёшь стажировку, тогда и поговорим.
- Что за стажировка?
- Колин, тебе действительно хочется говорить об этом в такой день? - сержант настойчиво кивнул. Вартис с видом обречённого на вечные муки вздохнул и отставил только что наполненную чашу. - Стажировку, как и все новоиспечённые подмастерья, ты будешь проходить у мастера второй ступени.
- У любого?
- Нет, наставника назначает академия. К тебе скорей всего приставят сразу троих. Им же впоследствии и сдашь экзамен на мастера третьей ступени. Здесь всё достаточно просто - экзамен на третью ступень считается проходным и носит символический характер. Теперь, надеюсь, ясно, что тебя ожидает?
- А остальные экзамены как проходят? На вторую, на первую ступень? На магистра, в конце концов, - не унимался Колин.
- Остальные экзамены проходят не так помпезно и в специально экранированном зале Цитадели Стихий. Там, как правило, присутствуют представители совета. Сдача проходит так же - поединком, но здесь уже одной реакции мало. Никто не станет швырять в тебя сырой энергией и ждать своей очереди. Здесь применяются более изощрённые заклинания, и потребуются все приобретённые знания ведь экзаменуется претендент четырьмя магами всех стихий одновременно. На вторую ступень это будут маги первой, на первую - четыре магистра. А вот медальон магистра заполучить не так-то просто. Для этого нужно в полной степени обладать своей стихией да к тому же предоставить совету принципиально новое заклинание. От того последнее время магистрами становятся единицы. Не так-то просто в наш век придумать что-либо новенькое. Но поверь медальон того стоит. Магистр волен распоряжаться своим временем не оглядываясь на совет. А если он к тому же обладает сразу несколькими стихиями, то вдобавок к медальону получает и посох Архимага. Так что, дружище, тебе есть к чему стремиться. Давай уже закончим обсуждать учёбу и насладимся, наконец, остатками вечера, который по твоей милости стал короче.
Колин не стал возражать. Допив стакан он оглядел празднующих и вдруг заметил в лице снующих туда-сюда служанок смутно знакомые черты. Вот только разглядеть как следует не удалось - на девушке был одет уж слишком пышный чепчик, да к тому же она успела скрыться на кухне.
- Давай выпьем за будущее, - отвлёк голос друга. Колин поддержал тост и прислонился спиной к стене. Хмель, наконец-то, нашёл дорожку до мозга. В голове чуть зашумело, и тело сковала приятная слабость. После некоторой паузы он спросил:
- А в какой академии обучаются женщины? - Вартис фыркнул в стакан, расплескав добрую половину, и откровенно заржал.
- Ну, ты дал, приятель! - он утёр рот рукавом. - Надо же такое сморозить.
- А что я не так сказал? Или у женщин не проявляется магического дара?
- Дар-то проявляется, да только кто ж им даст его развивать? По крайней мере, официально.
- Это отчего же так? - Колин опешил. Он и раньше задавался вопросом, почему не видит магов женского пола, а виновата, оказывается неприкрытая дискриминация.
- Да кто ж бабу-то до власти допустит?! - искренне удивился Вартис. - Их удел рожать и жрать готовить.
- И что во всём мире не сыщется ни единого мага-женщины?
- Где-то может и сыщется, но без должного обучения всё, чем бабы могут овладеть - целительство и зельеварение. Всё, Колин, утомил ты меня разговорами. Либо давай веселиться, либо я домой пойду. Вон кстати уже и мастер иллюзий пожаловал.
И действительно на небольшом постаменте, где трудилась четвёрка музыкантов, появился высокий худощавый старик в чёрном одеянии.
- Мастер иллюзий? - переспросил Колин, но Вартис только шикнул на него, мол, объяснения позже и затих, как и все присутствующие.
Как заправский дирижёр старик взмахнул руками, и музыканты заиграли заунывную мелодию. Огонь в масляных светильниках "утих", и Колин вдруг почувствовал зуд в районе шрама, как всегда происходило, когда на него была направлена волшба. А затем...
Поначалу показалось, будто прямо перед глазами включилась телевизионная панель, по которой стали транслировать фильм про любовь деревенского юноши к богатой горожанке, но и звуки, и краски, и даже запахи - всё оказалось настолько реально, что если бы Колин не ощущал под задом жёсткой скамьи, непременно бы решил, что всё происходит наяву. Он видел происходящее глазами всех героев и это, как ни странно, не сводило с ума, а делало картину живой и насыщенной.
Когда представление закончилось, в корчме "разразилась" "кромешная" тишина. Поражённые зрители сидели, боясь лишним звуком спугнуть ускользающее видение. А затем шквал аплодисментов и одобрительных криков зажёг на лице мастера иллюзий улыбку человека неистово влюблённого в своё ремесло.