– Дальше мы будем опускаться на лифтах, – возвестил старец и, развернувшись, первым шагнул к дверям. Охранники расступились.
Чиновники и военачальники «династии Цинь» поднялись со своих мест и направились вслед за учителем, придерживая кто свитки с печатями, кто древние тяжелые мечи. Приближаясь, они с настороженностью поглядывали на охранников со странным оружием. Каждый из них был опытным политиком или военным, и каждый знал, как легко можно расправиться с ненужными людьми. Но сейчас все они верили, что только приближаются к зениту своей славы, а значит, все они нужны учителю и друг другу.
Когда вся толпа высокопоставленных заговорщиков оказалась у лифта, учитель приказал:
– Гуожи, Делун, Джиангуо, а также Мэн Тянь, Боджинг, Юнксу и Зихао едут со мной. Остальные спускаются в соседних лифтах. Уровень номер семь.
Стоя в углу широкой кабины скоростного лифта, освещённой приятным матовым светом, Гризов рассматривал то затылок учителя, то внутреннюю металлическую отделку и различные приспособления на стенах. Закончив осмотр, Антон решил, что здесь гораздо чаще перевозят какие-то крупногабаритные предметы и механизмы, чем людей. Похоже, работа в лаборатории кипела.
Его догадки подтвердились, когда разогнавшийся лифт плавно затормозил на седьмом уровне. Здесь, после небольшого расширения у площадки с лифтами, начинался длинный округлый тоннель, вдоль которого были плотно выстроены терракотовые воины – пращники, мечники, лучники, копьеносцы, – в знакомых прозрачных цилиндрах. Увидев их, Гризов невольно вздрогнул. Казалось, они вот-вот оживут и набросятся на прибывших. Но, поскольку проводов к ним подведено не было, Антон догадался, что опыты по оживлению древней армии проводились в другом месте. А здесь было нечто вроде временного хранилища.
Тоннель шел под небольшим углом вниз и упирался в такую же круглую дверь, похожую на вход в главный банковский сейф. Учитывая толщину стен лаборатории, высеченной прямо в скале, здесь можно было пересидеть атомную бомбардировку. Хотя, если вспомнить речи Ливея о том, что он построил под лабораторией мощнейший атомный реактор, неизвестно, где было находиться безопаснее – здесь или подальше отсюда.
– Мы уже близко! – возвестил Ливей своим последователям, обернувшись, и протянул руку в сторону двери.
Многотонная конструкция мягко, после незаметного сканирования фигуры Ливея, открылась и пропустила заговорщиков внутрь. За ней оказался еще один коридор, который в свою очередь разветвлялся на три. Охранников здесь не было. Вдоль стен ветвились толстые электрические кабели. Лампы, дававшие ровное освещение, прятались под потолком.
Учитель уверенно свернул направо и, сделав еще несколько шагов, остановился перед красной дверью с изображением дракона. Дверь была обычной формы, но необычной толщины – почти полметра брони. Еще одно, незаметное для других сканирование фигуры Ливея, и эта массивная дверь также бесшумно отъехала в сторону. А затем, впустив заговорщиков, вернулась на место.
На сей раз они оказались в настоящей лаборатории, обширной, хорошо освещенной и до самого потолка напичканной всевозможной аппаратурой. Здесь даже были люди – два лаборанта в белых халатах, которые снимали какие-то показания с приборов. Едва завидев вошедших, они незаметно растворились среди техники.
В самом центре Антон узрел постамент метровой высоты из полупрозрачного камня, светившегося изнутри. На нем – заполненный неизвестным раствором огромный вертикальный цилиндр со стенками из толстого стекла. Внутри плавало изваяние Цинь Шихуанди в богато отделанных доспехах. При жизни это был мужчина с широким бородатым лицом, близко посаженными глазами и орлиным взором. Его левая нога была чуть выставлена вперед. Одной рукой он словно держался за что-то, а другая лежала на рукояти меча.
«Конечно, его же сняли с колесницы, – объяснил сам себе эту позу Гризов, вспомнив, как в теле Ли Квана рассматривал терракотовую армию на раскопках. – Рядом с императором тогда еще были четверо военачальников».
Как оказалось, они и сейчас были рядом. За первым цилиндром виднелось еще четыре. Они стояли в ряд, позади, метрах в десяти.
Сделав несколько шагов по направлению к цилиндру с императором, Ливей остановился. И вдруг рухнул на колени, воздев руки вверх. Все адепты сделали то же самое за его спиной. Гризов не успел и глазом моргнуть, как обнаружил себя стоящим на коленях в позе поклонения первому императору объединенного Китая. Вот что значит общее дело.
– О, великий император! – возвестил Ливей. – Истерзанная страна жаждет твоего возвращения в наш мир. Время пришло.