Поблагодарив за спасение племянницы, ректор пообещал разобраться с устроенной мной стрельбой, и прозрачно намекнул, что не позволит кому бы то ни было обижать Милу. Убедившись в том, что я о-очень понятливый, Морозов дал указание своим людях доставить меня в родовое поместье.
Автомобиль остановился на светофоре, перед поворотом в сторону моста.
— Ещё минут двадцать езды, подремал бы, княжич. — Посоветовал маг, который сидел на пассажирском сидении, рядом с Севой.
Отведя взгляд от окна, я хотел сказать, что уже не к чему, но раньше открывшегося рта, среагировали глаза, которые приняли круглую форму. Мат Севы, застыл в ушах перед тем, как нам в лоб влетел грузовик «Скания». Маг успел выставить перед автомобилем барьер, но это не помогло.
Основной удар пришёлся на правую сторону, автомобиль резко развернуло, а я получил сдвоенный удар фронтальной и боковой подушками безопасности. Звон стекла и скрежет сминаемого металла прервался спасительной темнотой, но ворот облачения тут же вернул меня в сознание, утратив заряд.
— Ска! Бля… — Вымучено завыл я, чувствуя, как по лицу хлещет кровь из сломанного подушкой носа.
Вновь звук сминаемого металла, только на этот раз со стороны двери. Не прошло и пяти секунд, как давление ослабло, а пара рук схватила меня за пиджак, выдёргивая из машины. На секунду, я увидел изъеденное оспинами лицо бородатого мужика в синей вязанной шапке, а потом ощутил удар в затылок, короткую боль и темноту забытья. Создание окончательно погасло.
— Ох… Епт… Дерьмово поёте. — Вынес я вердикт монотонному завыванию, влившемуся мне в уши.
Разлепив глаза и приподняв голову из моих ссохшихся губ последовала новая порция отборного мата. Я был привязан к стулу, а в метрах четырёх передо мной, сидела банда бородатых сурикатов со скрещёнными ногами и в тюрбанах. Монотонно воя периодически задирая руки, они запрокидывали вверх свои бородатые «лейками».
— Привет, Бараш! — Обратился я к молодому мужчине с кучеряжками, которого видел ранее на аукционе. — А чего ты со своими бандерлогами не завываешь?
— Мои братья воспевают хвалу Богу, а я готовлюсь к ритуалу. — Беззлобно ответил южанин, проводя по бетонному полу непонятной приспособой, похожей на двусторонний венчик от миксера, которая оставила после себя борозду, шириной в сантиметр, и такой же глубины.
Осмотревшись по сторонам, оценив на сколько крепко связаны руки, я на манер этих сектантов заорал простое " Аааааааааа! "
— Почему ты кричишь? Тебе больно? — Участливо поинтересовался, выражая беспокойство, южанин.
— Да, братишка адепт чистоты, не знаю как тебя по батюшке, мне больно.
— Верёвки жмут?
— Не-а! Мне больно от вашей узколобости и отсутствия фантазии. — Честно признался я. — Ну почему нельзя, к примеру, вывести похищенного в особняк или на дачу куда-нибудь? Да хоть на болото! Нет! Нужен обязательно подвал или завод! Других мест что ли нет!?
— Это не завод, а ткацкая фабрика. — Даже не выйдя из себя просветил меня южанин.
— Да те же шары, только в другой руке. — Недовольно буркнул я, оценив, что руки были связаны очень крепко. — Ладно… Зачем я вам? Если вы хотели чтобы я похвалил ваше пение, то разочарую, оно паршивое. Можно домой, а?
— Боюсь, что нет, мятежник. Я должен выполнить своё предназначение, отправить твою душу в поток жизни.
— Зачем, мне и тут неплохо… — Сказано было витиевато, но вполне конкретно, прикончить меня собираются или в жертву принести, что одно и тоже. — Может ты меня отпустишь? Я же вижу, что ты не злой. Мы ведь коллеги! Я адепт Бога, которому вы поклоняетесь.
— Может и так, но ты не принадлежишь этому миру. Твоё присутствие здесь, нарушает естественный ход вещей. Весь мир в опасности пока ты здесь.
— Ты что-то путаешь, приятель. — Замотал я головой, следом выругавшись от боли в затылке. — Я девятнадцатилетний пацан… Какое разрушение мира? О чём ты? Разрушить мир! Да у меня физически силёнок на такое не хватит. Вот ты, умный человек, русским языком скажи мне, каким образом?
— Я не знаю, но причиной, почему реки этого мира наполнятся кровью, будут твои знания, которые ты принёс с собой оттуда, откуда пришёл. — Южанин пожал плечами, вновь садясь на корточки, сделав несколько петель на прочерченной им ранее прямой.
— Неразумно меня убивать… — Решил провести я слабый аргумент. — От меня может быть польза. Пряжа вашего облачения, она примитивна и несовершенна. Вдобавок, вы используете для подпитки вязанок оргон низкого….