— Мне стыдно за то, что я это сказала, — признаюсь я.
— Не расстраивайся. Она знает, что ты расстроена, и, честно говоря, она заслуживает небольшого наказания за то, что ввязалась в это дерьмо и втянула в него Дезире тоже. — Он выдыхает воздух. — Она сделала это не из злобы. Она хотела, чтобы ты повеселилась в месте, где, как она знала, ты будешь в безопасности. Потом ты появилась в этом платье, и вся моя сдержанность улетучилась. Я ни за что не позволил бы кому-то другому дотронуться до тебя.
Тепло разливается по моим щекам.
— Я все еще немного злюсь и немного обижена, но я не жалею ни об одной секунде той ночи, — признаюсь я. — Ты заставил меня почувствовать то, о существовании чего я и не подозревала.
— Именно это я почувствовал, когда впервые увидел тебя. — Он поворачивается на кровати лицом ко мне, упираясь коленом в матрас. — До тебя я много лет не играл в клубе.
Ревность бурлит у меня внутри. Очевидно, Кэннон был с другими женщинами. Я даже смирилась с тем фактом, что Икс был с другими до меня. Тем не менее, это не заставляет меня чувствовать себя менее уязвленной, зная, что у других женщин была частичка этого мужчины.
Итак, кто же этот пещерный человек?
— Ты такая милая, когда ревнуешь. — Смеется он, но затем выражение его лица становится мрачным. — Мне жаль, если тебе было больно. Это никогда не входило в мои намерения. Я просто… хотел тебя. Честно говоря, я думаю, что все, начиная с твоего выпускного дня, сложилось у нас обоих. Тебе нужно было где-то жить, и, к счастью, я только что подарил сестре этот многоквартирный дом. Хотя твоя работа была моей идеей с самого первого дня, и Хизер полностью поддержала ее, ты получила ее сама. Я следил за всем процессом собеседования и, если бы было необходимо, я бы вмешаться и заставил их тебя взять, но в этом не было необходимости.
— Почему ты заставил меня подписать контракт сроком на месяц?
— Потому что ты не была готова к тому, чего я хотел. Я подумал, что мы какое-то время будем наслаждаться друг другом, и анонимность снимет напряжение с нас обоих. — Он смотрит на меня. — Как ты поняла?
— Я думаю, мое тело сказало мне об этом. Ты был прав насчет повязки на глаза. Мои чувства обострились. Твой голос. Твой запах. Даже твой заказ кофе. Я запечатлела все это в памяти. Тогда были определенные вещи, которые не имели смысла. Например, откуда у тебя мой домашний адрес? Или, где я работаю. — Внезапный взрыв смеха срывается с моих губ.
— Что тут смешного? — Спрашивает он, хотя на его лице появляется легкая усмешка.
— Я не могу поверить, что наговорила всего это, притворяясь, что фантазирую о тебе.
— Я рад, что это был я, а не Спенсер с восьмого этажа.
Мой рот раскрывается от шока и веселья.
— Как ты… — я закатываю глаза. — Хизер маленький шпион.
— Хизер мне ничего не говорила. Я видел, как ты разговаривала с ним тем утром в кафе-баре, и я чуть не сошел с ума, черт возьми. Потом я чуть не лишился руки, пытаясь остановить лифт.
— Мы со Спенсером встречались в колледже, но у меня нет к нему никаких затяжных чувств. Если это то, о чем ты беспокоишься.
Его губы растягиваются в стороны.
— Я не беспокоюсь.
Я прикусываю внутреннюю сторону губы.
— Буду честна, мне будет не хватать всей этой таинственности.
— Мы все еще можем поиграть, — предлагает он с озорной ухмылкой. — В «Вуаль» есть много других комнат, которые можно посмотреть, если хочешь.
— Ты все еще будешь присылать мне цветы по понедельникам с этими эротическими записочками?
Его брови слегка опускаются.
— Что? — Спрашиваю я.
Он качает головой и улыбается.
— Ничего. Я просто задумался. Что ты там говорила о цветах?
— Голубые розы. Признаюсь, первое письмо заставило меня немного нервничать, но потом я увидела их в нашей комнате в Вуль, и поняла, что они от тебя. Это было мило. Я была немного сбита с толку, когда на днях ты оставил розу на моей машине. — Я ухмыляюсь, когда мне в голову приходит еще одна мысль. — Это ты оплатил счет в тот вечер, когда мы с Хизер встретились, чтобы выпить?
— Нет. — Он качает головой. — Но я заплатил за отель.
Мои глаза округляются.
— Я думала, это был Виктор. — Облегченно выдыхаю я. — Спасибо тебе за то, что ты это сделал. Я верну тебе деньги.
Он наклоняется, кладет руки по обе стороны от моих бедер и касается своими губами моих.
— Ты можешь отплатить мне все поцелуем.
Я приоткрываю губы, и его язык проникает в мой рот. Его поцелуй мягок и нежен, и длится всего несколько минут, прежде чем мы отрываемся друг от друга.
— И что же теперь? — Спрашиваю я.
— Фантазия закончилась, Макайла. — Он прижимается своим лбом к моему. — Никакой вуали. Никаких повязок на глаза. Никакого шепота. Только ты и я. Да?
Моя голова прижимается к его.
— Да.
— Хорошая девочка.
Повязка на глазах, возможно, обострила мои чувства, позволив мне ощутить удовольствия, о существовании которых я и не подозревала, но все это меркнет по сравнению с удовольствием смотреть в теплые, ласковые глаза Кэннона, когда он занимается со мной любовью при мягком свете моей прикроватной лампы.