– Тогда, выходит, ее братец ни при чем? – устало поинтересовался Костя.
Катя пожала плечами:
– Не знаю. Скажу тебе позднее. А ты все-таки иди и раздевайся. Я наберу тебе горячую воду.
Скворцов не стал сопротивляться:
– Это одно из моих самых больших желаний.
Зорина зашла в ванную и открыла кран, постоянно трогая воду рукой. Она знала, что Костя предпочитает горячую воду, но не кипяток, и старалась поймать нужную температуру. Ее мысли вертелись вокруг убитой Захаровой. Муж сразу же позвонил ей, как только Леонид обнаружил женщину мертвой, и журналистка ругала прежде всего себя. Ну почему она не настояла, чтобы Анну Григорьевну взяли под охрану? Ведь были же у нее нехорошие предчувствия. Ох, эти запоздалые здравые мысли! Когда ванна набралась, она тихо прошла в спальню. Муж сидел у кровати дочери и гладил ее лоб. Полина спала очень крепко, и прикосновение папиной руки ее не разбудило. Катя подошла к нему и обняла за плечи:
– Твоя ванна готова.
– Спасибо, дорогая, – поблагодарил муж. – Ты просто образцовая жена.
Зорина улыбнулась:
– И мама. Уже который раз мы сетуем, что не сами воспитываем своего ребенка. Завтра моя мама не может посидеть с Полиной, однако уже договорилась с твоей. Замечательные у нас родители.
Костя встал и потянулся.
– Иногда меня греет одна мысль, – признался он. – Вот станем мы с тобой пожилыми, выдадим Полину замуж за хорошего человека, она нарожает нам внуков, а мы с тобой будем их нянчить. Только так мы способны реабилитироваться перед дочкой.
Зорина погладила его волосы.
– Иди купайся, дедушка.
Он взял под козырек:
– Слушаюсь, товарищ начальник. Кстати, завтра к нам присоединится один человечек – сын приятеля полковника Кравченко, студент юридической академии. Согласись, помощники нам нужны. А то дел невпроворот.
– Хорошо, – кивнула Катя.
– Ладно, любимая, пошел смывать дневную грязь, – Костя подмигнул ей и отправился в ванную.
Журналистка скинула халат и легла в постель. Дочь тихо посапывала. Катя попыталась заснуть, однако у нее не получалось. Она знала: пока не уткнется лицом в теплую спину мужа, ничего не получится. Зорина попробовала порассуждать или поискать просчеты в рассуждениях коллег мужа, однако у нее вырисовывалось то же самое. На деле все выходило так, как они и говорили в кабинете Павла. Бучумов совратил девушку и отказался на ней жениться, а она решила отомстить. Возможно, Найденов случайно оказался рядом с реквизитом в тот момент, когда она подменяла кинжалы. Зина могла знать, где что находится, потому что тот же Роман мог привести ее однажды на репетицию и все ей показать. Но тогда девушку увидел бы кто-нибудь из его коллег. А если Бучумов не хотел, чтобы ее кто-то видел? Ведь у него в театре были еще любовницы. В общем, Зина решила отомстить Роману и подменила кинжалы. Но кто подсказал ей переодеться в наряд черной вдовы? Зачем эта театральщина? Откуда она узнала про Скобину и Захарову? И почему у кузнеца она заказала ровно пять кинжалов? Знала, что будут еще жертвы? Откуда? Неужели девушка психически больна и является маньячкой? Тогда это объясняет убийство Найденова, который, возможно, просто проходил мимо нее, а не являлся свидетелем. Болезнь объяснила бы и ее действия против Игната. Но почему пять кинжалов? И кто направлял ее действия, если она действительно больная? Ее мысли прервал муж, который тихо вошел в комнату.
– Не спишь, дорогая?
– Нет, – призналась Катя. – Все думаю. Завтра нам предстоит много дел. Я проанализировала ваши умозаключения и не нашла в них ни одной новой зацепки. Завтра нужно еще покопаться в семье Кораблевых. Если, кроме Зинаиды, в этой, как мы ее назвали, банде никого нет, то нужно узнать, откуда ей стало известно про Скобину с такими подробностями, как она вышла на Захарову и почему заказала пять кинжалов.
Скворцов наклонил голову:
– Ты права. А теперь давай спать.
Однако Зорина еще долго не могла заснуть. Ей казалось: в ее рассуждениях проскользнуло нечто важное, настолько важное, что помогло бы ей обличить убийцу. Эта мысль прогнала сон, и журналистка снова принялась рассуждать. Она еще раз повторила каждую фразу, произнесенную про себя, но так и не нашла ничего особенного.
«Наверное, я очень устала, – успокоила себя Катя. – Костя прав. Спать, спать и спать. Остальное – завтра».
Глава 27
Рано утром все собрались в кабинете Павла. Тот, как всегда, угостил коллег чаем с вареньем и важно произнес, поглядев на часы:
– Сейчас, товарищи, к нам пожалует пополнение. Мы договорились со стажером, которого, кстати, зовут Дима, что он придет ровно к девяти. Скоро наступит момент проверить его пунктуальность. Вы знаете, что я не терплю необязательных людей. Это будет первым экзаменом парня.