— Гэргоны тоже. Однако мы повинуемся их приказам.
Джесст развел руками.
— А у нас есть выбор?
— У вас есть. Попросите перевода в другое место.
— Чтобы на мое место пришел геноматекк-убийца?
Кирллл глубоко вздохнул и, покачав головой, повернулся к мальчику.
— Я бы так хотел ему помочь…
Ребенок забился в конвульсиях. Спасти его было невозможно — не годилось ни одно средство из арсенала геноматекков. «Неудивительно», — с грустью подумал Кирллл и попросил Джесста подержать руки и ноги ребенка. Затем он достал аэрозоль, который использовал для Терреттта, приподнял трепещущие веки ребенка и брызнул в каждый глаз по очереди. Почти тут же конвульсии стихли.
— Что с ним будет?
— Он заснет и спокойно умрет во сне. — Кирллл почувствовал в груди странное движение, словно от прерванного ионного потока. — Я посижу с ним до самого конца.
— Я тоже останусь, — заявил Джесст, чем снова удивил Кирллла. — Только давай не будем молчать.
— О чем вы хотите поговорить?
— О запросе, который пришел на тебя.
Кирллл тупо уставился на геноматекка.
— Внутренний запрос. Ничего страшного, я уверен. Время от времени запросы поступают на всех дэйрусов. — Джесст пожал плечами. — Я не придаю им особого значения, но реагировать приходится своевременно, иначе крайним окажусь я.
— Что за запрос?
— Пожалуй, сейчас не время, — взглянув на умирающего ребенка, проговорил Джесст.
— Может, хоть это отвлечет меня от грустных мыслей.
Джесст кивнул.
— Запрос касается твоих возлюбленных.
— А что с ними?
— Ты знаешь, что с ними! Они все мужского пола!
— Я законопослушный дэйрус.
— Вообще-то, — Джесст почесал затылок, — согласно законам, утвержденным Товариществом гэргонов, половые сношения между лицами одного пола запрещены. — Он елейно улыбнулся. — Наверняка ты знал это и без меня. — Джесст промолчал. — Ну, я не сомневаюсь в твоей моральной устойчивости, Кирллл Квандда. Нисколько не сомневаюсь! Но есть и другие… — Джесст осекся, не зная, как продолжать. — Мне немного неловко…
— А представьте, каково мне!
Джесст откашлялся.
— Будь уверен, я считаю, что этот запрос лишен основания и является пустой тратой времени. Ты — один из моих лучших дэйрусов. И все же спросить я обязан.
— Продолжайте.
— В определенных кругах возникли подозрения, касающиеся Консорциума СаТррэнов.
— И в связи с чем возникли подозрения?
— Погоди. Ты ведь был их семейным дэйрусом? Я имею в виду, ты же руководил кремацией Хадиннна СаТррэна?
— Меня об этом попросил Сорннн СаТррэн, — ответил Кирллл.
— Это не первый случай. Сколько лет ты с ними знаком, уже двадцать семь?
— Да, двадцать семь лет.
Джесст кивнул.
— Это и интересует чиновников.
— Что именно?
— Помощь… э-э-э… кундалианскому движению Сопротивления.
Кирллл нахмурился.
— На что вы намекаете?
Джесст придвинулся и зашептал:
— Ни на что. Только, если, скажем, СаТррэны замешаны в пособничестве врагу, то и ты тоже отчасти замешан.
Кирллл фыркнул:
— Да вы уже сплели целую паутину!
— Нет, не я. — Джесст почесал нос. — Определенные круги.
Наконец Кирллл испугался.
— Что за круги?
— Весьма высокопоставленные, большего сказать не могу. — Джесст немного отстранился. — В любом случае тебе это не сулит ничего хорошего, понимаешь?
— Это абсурд!
— Ну, так думаем мы с тобой. Посторонние же могут решить иначе!
— Я не имею в виду… Но если… — Кирллл безуспешно пытался заглянуть в глаза геноматекка. — А если я кое-что расскажу? Если поделюсь информацией, которая поможет арестовать предателей?
— Тогда тебя оправдают… во всем, — тихо сказал Джесст.
— И оставят в покое мою личную жизнь?
— Конечно.
— Ребенок умирает, — объявил Кирллл, приложив палец к шейке мальчика. Пульс едва прощупывался, часть тела была парализована. Через несколько секунд ребенок умер.
— Он был безнадежен, — проговорил Джесст.
— Да, но от этого не легче. — Движение в груди Кирллла нарастало.
Джесст снова откашлялся.
— Не то чтобы я пытался сказать, что мне известны имена преступников. — Кирллл Квандда все еще держал ребенка на руках и, казалось, хотел облегчить душу признанием. — Однако, возможно, недавно я слышал нечто, что могло бы помочь этим «кругам».
— Расскажи мне все, что знаешь, — посоветовал Джесст.
— Мне нужно подумать.