— Что… Что вы ищете? — спросила Маретэн. Сыграть маленькую испуганную девочку оказалось проще простого.
— Какие-нибудь записи о контактах с отрядами Сопротивления. — Строй-генерал глубоко вздохнул и еще раз огляделся по сторонам. Вдруг он резко полоснул мечом по полкам, так, что коррушские сувениры падали на пол, разбиваясь вдребезги. Но и на этом строй-генерал не успокоился. Он стал давить осколки каблуками. Виэрррент громил полки до тех пор, пока все сувениры не превратились в жалкую груду осколков.
Маретэн увидела, как в воздух взлетела каменная фигурка фулкаана и разбилась, ударившись о пол. Из нее что-то вылетело и, отскочив от пола, чуть не затерялось среди осколков и пыли.
Но строй-генерал был начеку и носком сапога вытащил предмет на видное место. И вот он лежал, поблескивая в свете ламп. Инфодесятиугольник, неопровержимое вещественное доказательство.
— Ты уверена, что это так необходимо? — Конара Инггрес пыталась скрыть терзавший ее страх, пока конара Лиистра подталкивала ее к дверям кабинета, принадлежавшего когда-то конаре Урдме.
— Тебя желает видеть Матерь, — не терпящим возражений тоном заявила конара Лиистра и взяла приятельницу под руку. — Ты ведь не собираешься ей перечить?
— Конечно же, нет! — Конара Инггрес огляделась по сторонам, стараясь протянуть время. — Не знаешь, зачем я ей понадобилась? У меня столько работы и так мало времени…
— Желания Матери превыше всего.
Намертво приклеенная улыбка конары Лиистры воздействовала на Инггрес словно удар ножа. «Куда же подевалась моя подруга, — в сотый раз подумала конара, — что с ней сделали?»
— Послушай, Лиистра!
— Что?
Конара Инггрес прикусила язык. Даже ее встревоженный тон не стер с лица бывшей подруги безмятежно счастливое выражение. Оставалось только покориться. Конара Инггрес открыла дверь и, борясь с леденящим ужасом, вошла в кабинет.
Увидев ее, Джийан подняла голову. Конара Инггрес чувствовала спиной присутствие конары Лиистры, будто та была сторожившим пленника кхагггуном.
— Ах, конара Инггрес! — Лицо Джийан озарила приветливая улыбка. — Как хорошо, что вы пришли! — Колдунья взяла конару Инггрес за руку. Ладони Джийан оказались холодными и сухими, как кожа болотной ящерицы. — Присядьте, выпьем вина!
Конара Инггрес присела на краешек стула, а конара Лиистра налила им вина. Едва она успела наполнить бокалы, как Джийан отослала ее прочь, как если бы та была простой послушницей.
Джийан подала кубок конаре Инггрес и села рядом. Столь близко, что они едва не соприкасались.
— Итак, — начала Джийан, — что вы думаете о недавних переменах?
У Джийан была странная привычка задавать вопросы, не меняя интонации голоса. Поэтому было непонятно, нужен ли ей в самом деле ответ.
— Думаю, все нормально…
— Не бойтесь признать, что вам нелегко. — Джийан нагнулась к Инггрес и ободряюще похлопала по коленям. — Столько всего случилось! Мое возвращение, воскрешение конары Бартты, скоропостижная кончина конары Урдмы. Любого из этих событий достаточно для того, чтобы выбить из колеи, а тут случились три сразу. — Колдунья зацокала языком. Неприятный звук отдаленно напоминал стрекотание цикад.
— То, что случилось, непросто осмыслить.
— Конечно, нелегко! — Джийан снова похлопала ее по коленям. — Рада, что вы это признали. Ведь умение признавать собственные слабости и является отличительной чертой кундалиан.
Мелькнула ли в глазах Джийан презрительная насмешка, или конаре Инггрес почудилось?
— Конара Лиистра говорит, что вы немного… как же она выразилась… ах да, обескуражены. Верно, так она и сказала, — обескуражены!
— Не понимаю…
— Ах, милая моя, Лиистра просто пытается вас защитить. Она ведь страшно переживает.
— Переживает?
— Ну конечно! Стресс после этих перемен. — Голос Джийан немного изменился. — Понятно, что вы ото всех отгородились!
— Отгородилась? — Кровь в жилах конары Инггрес стала медленно стынуть.
— Конара Лиистра из лучших побуждений поведала мне, что вам не нравится конара Бартта и изменения в учебном плане.
Вглядываясь в васильковые глаза колдуньи, конара Инггрес в панике кусала нижнюю губу.
— Нечего бояться! — подмигнула Джийан. — Учебный план нуждается в коренном пересмотре. В этом я с вами согласна. Страшно подумать, во что превратили монастырь конары Мосса и Бартта. Я собираюсь поговорить с сестрой, и разговор будет не из приятных. Однако, думаю, она скоро поймет, как сильно заблуждалась. — Улыбка Джийан становилась все приветливей. — Если постараться, я могу быть очень убедительной. — Она вздохнула. — Скажу по секрету, очень удачно, что богиня Миина так внезапно призвала к себе конару Урдму. Мне бы пришлось снять с нее имеющиеся полномочия, а это потрясло бы монастырь намного больше, чем ее преждевременная смерть. Итак, — хлопнула в ладоши Джийан, — у вас есть какие-нибудь вопросы?