Я обхватываю губами затвердевшую вершинку ее соска, слегка прикусывая его зубами. Она вздрагивает и подается бедрами мне навстречу.
Я ухмыляюсь.
Она не хочет меня, но при этом такая жадная, такая нетерпеливая.
— Я так не делаю… Я не могу, — стонет она, полностью теряя контроль над собой, когда я начинаю двигать пальцами быстрее, с легкостью скользя по ее возбуждению, а мой большой палец начинает уверенно массировать ее набухший клитор.
— Да, ты можешь. Ты уже делаешь, — подбадриваю я ее. — Возьми то, что тебе нужно.
Я поглаживаю ее точку G, и то, как закатываются ее глаза, говорит мне, что она никогда не испытывала этого раньше. Звуки ее влажной киски, когда мои пальцы входят и выходят из нее, опьяняют, из ее горла вырываются тихие хриплые стоны.
Я продолжаю водить языком по ее прелестному розовому соску. Я не могу насытиться. Вкус у нее такой же сладкий, как и запах.
— Я даже не знаю тебя… пожалуйста, мне нужно… — Протест Бринли вступает в противоречие с ее подрагивающими бедрами, когда я снова ласкаю пальцами то место внутри нее, которое позволит ей кончить. Я не свожу с нее глаз, наблюдая как ее зрачки расширяются, а на щеках проступает румянец. Звуки, которые она издает, и то, как она смотрит на меня, говорят о том, что все эти ощущения для нее совершенно новые. Это заставляет меня еще сильнее хотеть обладать ей.
— Чего ты хочешь, маленькая колибри? — Я играю с ней, и с ее губ срывается разочарованный стон. — Скажи, чего ты хочешь. Ты хочешь кончить от моих пальцев?
— Да. — Отвечает она, посылая еще один разряд электричества в мой член.
— Тогда попроси, используй этот умный ротик.
— Я хочу кончить. Ты позволишь мне? — робко шепчет она. Это звучит как мольба.
Черт, сладкая покорность этой женщины была создана для меня.
— Если я позволю тебе использовать меня, лучше сделай это правильно… сделай все как надо, — приказываю я, продолжая трахать ее пальцами.
Я отпускаю ее запястья, которые держал над ее головой, и она не колеблется ни секунды. Ее руки скользят под мою рубашку к пояснице. От прикосновения ее мягких, теплых пальцев к моей коже по телу пробегает огонь. Я не останавливаюсь, не даю ей никакой передышки, вжимая все глубже в книжную полку. Как только я чувствую, что ее тугая киска сжимается вокруг моих пальцев, а ногти впиваются в мою плоть, я вытаскиваю пальцы сильно шлепаю по ее клитору, а затем ласкаю его.
Я подталкиваю Бринли к этому краю, когда снова ввожу в нее три пальца, ее ноги начинают дрожать, и я почти кончаю, как гребаный школьник, от звуков, которые она издает.
Она отпускает меня и вскрикивает, когда оргазм накрывает ее.
— Вульф, о боже мой! — Бринли стонет и вздрагивает, отпуская меня. Я держу ее, когда ее ноги подгибаются, и влага стекает по моей руке.
Ее дыхание замедляется, а стоны становятся тише. Я вынимаю из нее пальцы и скольжу ими по ее клитору. Она вздрагивает, такая чувствительная, такая безвольная в моих руках. Поднеся пальцы к губам, я облизываю их один за другим, а потом возвращаюсь за добавкой. Она такая чертовски сладкая, я хочу все до последней капли. Я снова поднимаю руку и размазываю ее возбуждение по губам, подбородку, маленькой ямочке, и, не задумываясь, облизываю ее, пробуя на вкус.
Господи, мне кажется, что я не могу насытиться ею. Я смачиваю ее пухлые губы.
— Попробуй, — приказываю я, просто желая посмотреть, как она открывает себя. Бринли облизывает губы, и ее глаза закрываются. Остатки самообладания, которые я сохраняю, начинают таять, когда она снова проводит языком по губам, и меня переполняет желание поцеловать ее.
— През, мне чертовски жаль, но ты должен это увидеть. Сейчас же. — Я слышу голос Джейка за дверью, когда он колотит кулаком в мою дверь.
Джейк никогда бы не пришел в мое личное пространство, если бы ситуация не была критической, но я все равно готов пустить ему пулю в лоб, несмотря ни на что.
Бринли на несколько секунд замирает в моих руках. Я смотрю на нее сверху вниз, постепенно трезвея от пьянящего воздуха, который висит между нами.
— Когда я заставляю тебя кончить, я — твой бог. Единственное имя, которое ты выкрикиваешь, — мое. Запомни это для следующего раза, — говорю я.
— С-следующего раза? — начинает она, и я касаюсь ее губ, заставляя замолчать.
— Оставайся здесь.
Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я снова чувствую исходящее от нее притяжение, как будто она пытается заглянуть мне в душу. Это не то место, куда она хочет попасть.