Подбежав к нам, наградил меня быстрой ухмылкой, и пока Вадик отпихивал Тефтелю, успел проговорить мне на ухо, склонившись:
— А ты хитрая, Сабик.
И как в фильмах, мурашки по коже от его дыхания в ухо, озноб по позвоночнику от его голоса и бла-бла-бла. Ну-ка, быстро выметаем эти эмоции из головы и продолжаем дальше гадить.
— А ты сомневался во мне, что ли? — ответила ему с такой же ухмылкой, не сдержав ехидство в голосе.
Илья снова хмыкнул и пошел оттаскивать свою собаку от Вадика.
Родители выскочили вслед за Ильей, и, пока мама охала, размахивая руками, впечатленная грязным задом Вадика, папа пожал мне руку.
— Дочь, я в тебе не сомневался, — тихо припечатал он, с размаху шлепнув по моему плечу.
— Давайте все в дом, там найдем твоему кавалеру штаны! — скомандовала мама.
— Которому? — театрально удивилась я, — Этому? — ткнула в Вадика, — Или этому? — показала на Илью.
— А мне зачем? У меня штаны чистые, — спросил Хвостатый.
— Это ненадолго, — подмигнула я.
— Георгий Захарович, разрешите откланяться, — отчеканил Илья папе, — Ваша дочь угрожать изволит!
— Баран, — шикнула я ему еле слышно.
— Отставить, сержант, — скомандовал отец в ответ, — За стол быстро!
— Так точно «за стол», — отсалютовав папе, сдвинул кепку на нос глубже и направился следом за ним. Но притормозил и, развернувшись, показал мне язык.
Мне….язык… показал здоровый лоб. Что за детский сад, блин?!
Ужин тоже зря не прошел. Мало того, что Вадику вручили старые папины треники (а в белой и приталенной рубашке и трениках с пузырями на коленках он смотрелся просто изумительно), так я никак не могла придумать пакость для Ильи. Мы поужинали, выпили, правда те, кто за рулем пили только сок, но не беда, я выпила за них… двоих. Ещё и посадили меня между двумя этими обормотами. А теперь представьте себе, какого это, когда ты маленькая беззащитная девочка сидишь между двумя здоровыми лосями, которые, мало того, что поиграли на тебя, так еще и ни фига этого не скрывают.
— А ты чего здесь забыл? — поинтересовалась я у Ильи, когда мама убежала за тортиком, испеченным собственными руками.
— Я его пригласил, ты же с ним была в последний раз, — ответил громко отец, прервал Илью, который уже открыл рот.
— Так я и с этим была, — кивнула на Вадика, жевавшего остатки мяса.
— Ну прости, номер телефона «этого» я не знаю, — и от папы Вадику тоже досталось.
Эх, сейчас в выигрышной ситуации только Илья, гад в тапках с ногтями. Придется пожертвовать маминым тортом, у неё, сто процентов, припасен ещё один, чтобы отдать мне с собой.
— Мааам, — позвала я, вскочив с места, — Давай я тебе помогу.
— Ты чего задумала? — сощурив глаза, Илья смотрел на меня слишком внимательно.
Неужели понял?!
— Ильюх, она просто поможет матери, чего ты прицепился? — меня спас Вадик.
Ну как спас? Помог мне по своей же глупости.
Илья перевел задумчивый взгляд на Вадика, потом, прикусив губу (и я бы тоже её прикусила, блин), посмотрел на меня.
Долго не думая, убежала к маме.
Несу тортик, такой красивый, весь в сливках. Иду, значит, иду… Папа восторженно вскидывает руки:
— Ох, как я люблю твои тортики!
Прости, мама….
Илья поворачивается, чтобы посмотреть на красоту, а я «запинаюсь», и тортик летит прямо… неееет, не на штаны, это банально. Прямо в лицо парню, причем я-таки догадалась ещё и амплитуду ему нужную задать. С размаху тортище мамули впечатывается в удивленное лицо Хвостатого, ошметочки кусками падают на его штаны, собственно, как и сливки, которыми мама щедро сдобрила торт.
— Ой! — вскрикнула я наигранно, — Прости, Илья, — проговорила и села рядом.
А вот парень дураком совсем не был. Пальцем освободил глаза от сливок и посмотрел на меня. А борода такая симпатичная, вся в сливках, так бы и куснула… Черт бы тебя побрал!
— Вкусно! — восторженно крикнул он, облизав губы, пристально глядя на меня.
А я губу прикусила, настолько сексуально он это сделал.
— Попробовать хочешь? — и ладони, что были все в сливках, прикладываются к моим щекам.
На секунду я зависла от его прикосновений, а следом взвизгнула, вскочив со стула.
— Что ты делаешь?! Ты же меня всю перемазал, блин блондинистый!
Мой стул свалился на пол, а Илья встал вместе со мной, слизывая языком сливки со своих губ.
— Мммм, Сабик, торт и правда вкусный, — протянул блаженно он, надвигаясь на меня.
Поздно, баста карапузики, подростковая игра уже началась!
— Ты чего удумал?! — протянула я, медленно шагая от надвигающегося на меня Илью.
— Саби, тортик и правда нереально вкусный, — улыбался он, — Иди попробуй.