Было решено повторить фокус с песней.
— Подожди! — подняв вверх указательный палец, заставила его заткнуться, нашла нужную песню и врубила на всю громкость.
Илья молча наблюдал за моими манипуляциями. И ведь только улыбается, гаденыш!
Я обнаглела в конец, когда стащила свои тимбы, забросила ноги на панель и заорала во все горло:
— Смешай моей даме ваш самый жёсткий коктейль... я буду просто ждать.
Но этот дурак меня снова удивил. Резко вывернув руль на обочину, он остановился и выхватил у меня телефон.
— Да ты издеваешься надо мной? — крикнул он, правда не злобно, а скорее удивлённо.
— Какого черта, Илья? Отдай сейчас же мой телефон!
— Без проблем.
Кивнул, отдал телефон и, крутя кнопки на магнитоле, сказал:
— Подожди, не включай, — заметив, как я копаюсь в мобилке, — Нашёл, отличная песня, — кивнул он, а я услышала знакомый мотив.
Илья резко выворачивает регулятор до половины и как заорет:
— Смешай моей даме ваш самый лучший коктейль... я буду просто ждать.
— Ты больной, — покачала я головой, не выдержав и захохотала в голос.
— Чего? — искренне удивился парень, — Неплохая же песня. Погоди, сейчас ещё одну включу.
И врубил ещё громче другую с приличным содержанием матов.
— О! Так я и эту знаю..., — и мы заорали в два голоса, — ...мммм, бейби, к твоим ногам я сыпал роз лепестки, а оказалось ты *** мне мозги...
До дома доехали под сопровождение ЛСП. Перекинулись парой стандартных фраз и, послав воздушный гудбай, я выпрыгнула из машины.
— Ну как дела? — спросил Макс в трубку, когда я набрала его номер после разбора вещей, душа и чашки крепкого чая.
— Да никак. Отвратительно, если честно.
— Почему? — кажется, Макс был очень удивлен.
— Потому что он мне нравится, Макс. Он мне очень нравится.
— М-да, дела, — протянул парень, хихикнув в трубку.
— Чего ты смеешься? Что мне делать-то?
— Ничего.
— То есть как это ничего? Совсем ничего?
— Совсем ничего. Всё само стабилизируется.
— Опять эти твои пророческие штучки, да? Как ты делаешь это?
У друга моего была одна очень интересная особенность. В свое время, переболев минингитом, да-да, смешно, но схватило его тогда сильно, до реанимации. И вот Максимка пошёл на поправку и уже, примерно, лет пять умеет видеть тех, кому суждено быть вместе. Не знаю, врет он или нет, никогда не уточняла, в особенности про себя. Не хочу знать, что тот или иной прохожий парень предназначен мне судьбой. Хочу в конечном итоге сделать выбор сама. Странно ещё и то, что Макс не видел своего суженного. Да, вот так вот, его же особенность сыграла с ним злую шутку.
— Я же говорил тебе, что просто вижу нити и всё. В какой-то определенный момент две яркие блестящие нити соединяются. Но ты ведь, как и раньше, не хочешь знать о том, кто для тебя выбран?
— Заткнись Макс, это ужасно звучит. Я выбираю, а не кто-то там, наверху.
— Я и не спорю с тобой, — ответил друг, — Просто так было всегда... Тебе же кто-то предназначен, лишь он один и на всю жизнь.
— Не говори глупости… И, кстати, я не хочу знать о том, видишь ли ты свои нити у Ильи или нет.
Друг рассмеялся в трубку:
— Я же обещал тебе не говорить.
— Ох, Макс, как бы я хотела знать, — выдохнула я, — Но не стану просить тебя об этом. Он меня предал уже в начале, и, даже когда у нас что-то серьезное завязывалось, он не прекратил игру и не рассказал мне ничего.
— Что бы ты сделала, если бы он рассказал тебе всю правду? — задал друг вопрос, на который у меня ответа не было.
С утра на выходе из подъезда меня ждал Вадик. Ну святые помидоры, а?! Какого хрена они ко мне прицепились? Поиграли и хватит. Неужели Вадику не хватило того, что устроила вчера у родителей? Решил попытать удачу еще раз, что ли?
— Что тебе надо? — спросила я, хотя на лице читалось явное «тебе мало, да?».
— Разве я не могу просто так с утра подвезти тебя на работу? — искренне удивился парень. Похоже, ему и правда маловато будет.
Тащиться пешком в такой холод совсем не хотелось, и я села в машину. Наплевать на него, зато доеду с комфортом.
— Думаешь, так просто сможешь избавиться от меня? — ухмыльнулся весело Вадик, заводя машину.
— Чего ты привязался ко мне? — спросила я прямо, ежась от холода, — Сделай потеплее, я замерзла, — припечатала сверху приказным тоном.
— Как скажешь, — пожал он плечами, нажав кнопку на панели, — Если позволишь, могу согреть, — и улыбка такая зазывная мне прямо в лицо прилетела.
— Чтоб тебя понос разобрал, а?! — почти крикнула я, — Ты в своем уме? О чем ты говоришь?
— Ладошки твои замерзшие согреть, Саби. А ты о чем подумала? — рассмеялся Вадик.