— А ты? Ты тоже с ними теперь? Кажется, ещё пару дней назад ты любила меня и готова была прыгнуть ко мне в постель по первому моему щелчку, — плевался он ядом.
— Уууууу, а вот это ты, парень, уже зря сказал, — протянул Ванька и, отпустив девушку, быстро сократил расстояние, схватил Вадика за ворот рубашки и пинками выставил из дома.
Всполошились все, лишь бы не началась драка.
— Я тебя, червяк ты навозный, в узелок свяжу, так что бубенчики твои под носом болтаться будут. Веревочку через задницу протяну и брелком в машину повешу. Понял? — спокойно говорил Ваня, потряхивая парня за шкварник.
Вадик молчал, но пытался отбиваться. А мы махали руками, прося, чтобы Ванька отпустил Вадика, и тот убирался по своим делам.
— Ой, мамочки! — взвизгнула мама, стоявшая позади всех.
— Твою то…! — проворчал папа.
— Ой! — взвизгнула Марго.
И повернула голову назад, так как стояла ближе всех к потасовке с участием Вадима.
И вижу, как маму отшатнуло, потом отца, следом Марго… опускаю голову. Через них с грацией бегемота пробирается… господи боже, Тефтель! Блин, вот про кого мы совсем забыли!
Собакен, быстро-быстро перебирая лапами, а он, оказывается, не так уж и неуклюж, брызгая слюнями, подлетает к Вадику спереди.
— Тефтель, фу! — кричит Илья, сообразив раньше всех и оглушив меня.
Но поздно. Псина, разинув пасть, что напомнила мне Марианскую впадину, махом захватила богатство Вадика, цапнув его зубами.
Парень истошно заорал, а этот кобель породы английский мастиф, кажется, даже пару раз жевнул то, чем Вадимка так гордился.
— Фу… Тефтеля, фу! — рыкнул Илья, но не помогало, и я решила рискнуть.
— Котлета, фу! — прорычав громко так же, как тогда дома.
Псина, пару раз чавкнув, плюнула на Вадика.
— О, блин, псина теперь меня не слушается, это нонсенс, — обалдел Илья.
— Я на вас, идиотов, в суд подам за нанесение тяжкого вреда здоровью, — пригрозил Вадим, придерживая своё поврежденное сокровище, захромал к машине.
— Милости прошу, с повесткой, — крикнула я в ответ, — Не вздумай приближаться больше ни ко мне, ни к моей семье!
Спустя час задушевной беседы в гостиной все успокоились, и было решено всё-таки отпраздновать почти подписанный контракт.
Когда Илья жарил шашлыки на улице, я подошла к нему и поинтересовалась:
— Илья, скажи, а Тефтеля ведь не случайно рядом со мной появился?
Парень рассмеялся
— Прости милая… мне было искренне жаль, когда этот бегемот два раза сшиб тебя. Я всю жизнь буду вымаливать у тебя прощения, — а глаза такие хитрые-хитрые.
— Так ты всё видел? — мои глаза от удивления распахнулись против моей воли.
Парень сжал губы, чтобы не рассмеяться.
— Но я не думал, что будет именно так. За углом у ларька стоял. Мне тебя так жалко было, правда, я даже уже к тебе направился, но меня Макс опередил, когда крикнул на пса. А потом пришлось его к тебе в подъезд подбросить.
— И как ты не переживал за него?
— Переживал, но не так сильно. Я знал, что пёс в хороших руках и оказался прав.
Мы разговаривали о ерунде, я рассказывала, как жила с его псом этот небольшой отрезок времени, как Тефтелька сводил меня с ума.
— Смотри на них, — кивнул Гавр с улыбкой.
Макс повернулся туда, куда указывал кивком парень.
Две линии, зелёная и серебристая тянулись друг к другу, крепко переплетаясь между собой, связываясь в прочные путанки. Связь крепла с каждой секундой, соединяя двоих навсегда.
— Смотрю, — с улыбкой кивнул Макс, — И всё вижу. Как же хорошо, когда двое находят друг друга пусть даже через ссоры, обиды и нелепые игры.
Конец