Эда и Лина накрывали. Из бочки у дома начерпали воды в кувшин и чаши. Принесли хлебные лепёшки с подгорелой коркой, печёные на углях овощи, жареную птицу.
Мест было впритык. Римма села за стол, рядом Бренн. Ещё один рыцарь встал у окна. Марра села напротив, рядом с ней — старик, которого Виталий раньше не видел. Виталий сел с краю.
Голод был такой, что сводило челюсти, но он не решался тронуть еду первым. Дождался, пока Эда наполнит тарелку Риммы, пока остальные начнут отрывать куски, — и только тогда взялся сам. Мясо было горячее, сухое, жёсткое и несолёное. Выбирать не приходилось.
Вся еда здесь будет такой. Соль дорогая, специй нет, готовят на углях. Ну, приятного аппетита.
Ещё он думал о запахах. От Марры пахло потом — не грязью, просто телом, ровно и сильно, и никого это не смущало. Дезодорантов тут не изобрели, и не изобретут ещё лет восемьсот. Мыло, зубы, вода — обо всём этом он в своё время читал и всегда почему-то представлял себе поживее, чем прочие приключения.
Чистыми, наверное, ходят только те, кто может себе это позволить. От принцессы вроде не воняет, служанка тоже чистая. Лина, как пахнет я не обратил внимания, но выглядит на десятку.
Лина вышла и вернулась с кувшином вина. Марра и Римма наполнили чаши. Виталий, Бренн и второй рыцарь отказались.
Когда голод отступил и за столом стало посвободнее, заговорила Марра.
— Госпожа. Я чувствую между вами связь. Пока слабую — нить, не верёвку. Но она есть. — Она посмотрела на Римму. — Вы его чувствуете?
— Что-то чувствую. — Римма говорила ровно, без лишнего; Виталий уже понял, что это её способ держаться. — Запах. Присутствие. Точнее не объясню.
— Запах — это интересно, — сказала Марра. — Магия разная бывает, но то, что случилось сегодня, — самое редкое и самое тёмное из её проявлений. Отец рассказывал мне о чём-то похожем, когда я была девочкой. Я мало запомнила. Нужен архимаг: у него книги, у него знания. Моих сил здесь не хватает.
— Я не маг, — сказала Римма. — Вся моя магия — человек, упавший с неба.
— Ты была не магом до сегодняшнего вечера. — Марра помолчала. — Камень ответил. Через него он и пришёл. А что именно в тебе проснулось — я не знаю. Это не моя область.
— Какой архимаг? — спросил Виталий.
— Архимаг Воренна, верховный магистр Солдара, — пояснила Лина. — Живёт в Солдаре, в столице. Если уж он не знает — в Воренне не знает никто.
— Значит, едем к отцу. А потом в Солдар. — Не вопросом.
— Езжайте утром, — посоветовала Марра. — Сегодня спать и набираться сил. Но сначала… — Она повернулась к Виталию. — Расскажи. Кто ты, что за мир, как ты сюда попал. Своими словами.
Виталий рассказал. Коротко, но по делу: страна, город, как всё у них устроено, работа, тренировки, ванна, лес. Марра слушала не перебивая. Бренн — с лицом человека, которому рассказывают заведомо невозможное и который ищет, где враньё. Лина уже знала и смотрела в стол. Римма слушала и думала о чём-то своём.
— Твоё тело осталось там, — сказала Марра, когда он закончил. — В той воде. Любопытно.
— Я надеюсь, что оно там живое. И надеюсь, что архимаг подскажет, как вернуть меня обратно.
Марра покачала головой. Не в ответ — просто покачала.
— А если оно мёртвое? — спросил Виталий. — Если через пару дней кто-нибудь найдёт в квартире труп?
— Тогда ты здесь навсегда, — сказала Марра просто. — Но здесь ты живой. Значит, скорее всего, и там живой: магия не станет убивать тебя в одном месте, чтобы перенести в другое. А может, там тебя вовсе нет.
Утешила.
— Он под её властью? — спросил Бренн. Не у Виталия — у Марры.
— В каком-то смысле. — Марра взвешивала слова. — Связь идёт через неё. Если она прикажет, он, возможно, не сможет отказаться. Пока связь слабая — это только догадка. Но со временем…
— Я здесь, — сказал Виталий.
Все посмотрели на него.
— Я вас слышу. Если у вас есть вопросы про то, что я буду делать и чего не буду, — спрашивайте меня. Не её.
Пауза.
— Справедливо, — неожиданно сказала Римма.
Бренн покосился на неё.
— Госпожа…
— Справедливо, Бренн. — Она посмотрела на Виталия прямо, и в этом взгляде не было ни страха, ни восхищения — та же оценивающая внимательность, что и у Марры, только острее. — Виталий. Я не знаю, что вы такое и что с вами делать. Архимаг Коррин, возможно, знает.