Он открыл глаза.
Небо было синим. Не таким, какое бывает над Кировской областью в мае — бледноватым, с вечной дымкой, — а другим: насыщенным, почти нереально чистым, без единого облака. Он долго смотрел в него, не шевелясь.
Потом сел.
Перед ним раскинулась долина — изумрудная, ярко-зелёная, какой не бывает нигде, где он жил. Холмы поднимались плавно к горизонту, поросшие лесом, тёмным и густым. Далеко — очень далеко, за холмами — угадывался силуэт: башни, стены, что-то большое, каменное. Над ним медленно трепетал флаг — слишком далеко, чтобы разобрать, что на нём, но Виталий видел, что флаг ему не знаком.
Он огляделся. Поляна. Деревья по краям. Никаких дорог, никаких строений рядом. Никаких людей.
И никакой ванны.
Окей, — подумал он почти спокойно, с той отстранённостью, которая иногда приходит в момент настоящего шока, когда мозг просто отказывается принимать происходящее всерьёз. — Окей. Значит, это вот так теперь.
Потом он посмотрел вниз.
На себя.
На голого себя, сидящего на траве посреди незнакомой поляны.
— Твою мать, — сказал он вслух. Тихо, почти вежливо.
Что-то в нём запустилось — то самое, что запускается, когда ситуация настолько абсурдна, что уже нет смысла паниковать. Он встал. Осмотрелся ещё раз — медленно, по кругу. Никого. Трава, деревья, небо, замок вдалеке. Ни одежды, ни сумки, ни телефона.
— Либо я умер, — произнёс он негромко, сам себе, — либо у меня что-то с головой. Или я всё ещё в ванне и тону.
Последнее казалось самым вероятным. Бывает же такое — человек теряет сознание в горячей воде, и мозг рисует что-то. Он читал про это. Или слышал. В общем, бывает. Наверное.
Он потрогал траву. Помял её в пальцах. Она пахла — чуть сладковато, немного смолой. Трава не пахнет в обычных снах, это он почему-то знал точно.
Значит, это не сон.
Значит, я умер.
Мысль легла в голову удивительно спокойно. Не ужас, не паника — просто констатация. Как будто что-то внутри уже знало и просто ждало, пока он сформулирует. Виталий сел обратно на траву, подтянул колени к груди и уставился в горизонт.
Двадцать один год. Самбо, работа, учёба. Областные через две недели. Диван, кружка чая, сериал. Ванна.
Вот и всё, что ли.
Он не успел додумать эту мысль — сзади послышались шаги. Лёгкие, быстрые, по траве. Виталий вскочил на ноги раньше, чем успел решить, нужно ли это делать.
Из леса вышла девушка.
Она двигалась плавно и осторожно, но при этом удивительно уверенно, словно кошка на охоте.
Она была на голову ниже Виталия, светлокожая, с обычной, приятной внешностью без той идеальной кукольности, которую любят рисовать в книгах. Изголодавшейся или измождённой она не выглядела — обычная девчонка, но с характером в лице: нос и губы тонкие, острые, а карие глаза смотрели прямо и цепко. Несколько влажных прядок тёмных волос выбились из толстой косы, нависали над лицом и липли к вспотевшему лбу.
На ней был надет простой халат из плотного хлопка — серая, уставшая тряпица без каких-либо украшений, стянутая на талии плетёным пояском. Короткие рукава открывали руки, на которых, как и на ногах, виднелись свежие мелкие порезы от сухих веток и жёсткой травы. Под короткими, неровно подстриженными ногтями кое-где забилась земля. Она была босая. Несмотря на простоту и грубость ткани, халат сидел на ней плотно, выгодно очерчивая стройную фигуру и аккуратную, средних размеров грудь, а глубокий разрез на подоле снизу при ходьбе то и дело приоткрывал упругую часть бедра.
Она шла быстро, но резко остановилась в нескольких шагах от Виталия, когда разглядела его лицо. Несколько секунд они просто стояли и молча смотрели друг на друга.
Потом её лицо озарила улыбка — такая, которую невозможно подделать.
— Ого! Явился ты? — сказала она. — Я знала, что получится, когда придёт время. Но не ожидала увидеть такое.
Виталий открыл рот, закрыл его. Потом открыл снова.
— Я… что?
Она не ответила — или не успела. Взгляд её метнулся куда-то за его плечо, лицо моментально изменилось, стало серьёзным и напряжённым.
— Здесь небезопасно, — произнесла она быстро, почти шёпотом, — нужно уходить. Прямо сейчас.
— Подожди, — Виталий поднял руку. — Погоди секунду. Где я? Что происходит? Ты кто вообще?
— Потом. — Она шагнула к нему и протянула руку. — Объясню всё, обещаю. Но сначала нам нужно уйти отсюда, пока не явились всадники. Ты мне доверяешь?