Джорджия подумала, что воспринимает Кэт исключительно как оказавшуюся стервой подругу из прошлого. Вероятно, критическое отношение все-таки никогда не покидало ее. Кэт права.
Но ее мать говорила совсем иное:
— Ты слишком чувствительная и тонкокожая, чтобы привыкнуть к реальному миру.
Эти слова давили на нее половину жизни, постоянно напоминали о ее слабости, пока она не поняла, что может стать самостоятельной и добиться успеха.
— А знаете, почему я такая? Вам знакомо слово «стресс»? О нет, ты, Кэт, слишком занята своими банкетами и деньгами мужа, а вы, Дарвин, чересчур увлечены исследованиями, чтобы посмотреть вокруг и понять, как трудно жить в этом мире.
Неужели она тоже выпила лишнего? Она посмотрела на сильно нахмурившуюся Аниту.
— Ну вот, перчатка брошена, — провозгласила Кэт. — Не отступай же, Джорджия Уолкер. Скажи все, что думаешь.
Джорджия помолчала и взглянула на свою бывшую подругу. Ее первым побуждением было немедленно выставить ее вон, а затем сесть на свое место как ни в чем не бывало и продолжить застолье. Не слишком ей хотелось выкладывать правду перед всеми присутствующими.
— Может быть, я ворчунья или просто завидую успехам других, — произнесла она со вздохом. — Я привыкла всегда полагаться только на себя, не на родителей, поскольку они не очень-то меня и поддерживали. — Она посмотрела на Аниту. — И не на мужа — его у меня никогда не было. И только дружба Аниты помогла мне выжить. Думаю, это всем известно.
Никто не решался нарушить воцарившееся молчание. Даже Кэт как-то сникла и приуныла. А Джорджия продолжила:
— Я скажу тебе правду. Раз уж мы затеяли эту игру. Я ужасно устала. Магазин отбирает у меня все время и силы. И чем старше становится Дакота, тем мне тяжелее. Всякий раз мне нужно все больше средств, чтобы оплачивать и то, и это, а сил уже не хватает. Я так устала, что хотела бы просто заснуть — на тысячу лет.
— Но теперь на сцену снова вернулся прекрасный Джеймс, — пробормотала Кэт, обведя глазами комнату.
— Он не вернулся, — отрезала Джорджия.
— О, умоляю, верь мне, я же видела, как он смотрел на тебя! Может, мне стоило заснять это на камеру, чтобы ты не спорила со мной, Джорджия?
Джорджия прижала ладони к пылающим щекам:
— О чем ты, Кэт? Что тебе еще нужно?
— Правда. Хочешь, я скажу тебе правду: мой муж — хитрая змея, он предупредил меня, что потеряет ко мне интерес, если я растолстею. — Кэт посмотрела на самую юную в этой комнате — Дарвин. — Вы замужем?
Та промолчала.
— Так вот, я советую вам никогда не выходить замуж, если хотите стать счастливой, — продолжила Кэт, тряхнув волосами. — Я потратила свою жизнь на то, чтобы сохранить тонкую талию, и на борьбу с целлюлитом. Да, у меня стройное тело и ухоженное лицо, но этого слишком мало для счастья.
— Это предубеждение, которому вы поддались! — возразила Дарвин, собравшись прочитать ей лекцию на тему предрассудков в социуме. Но Кэт остановила ее.
— Я хорошо знаю психологию и социологию, — ответила она покровительственным тоном, — и могу сказать вам, что чувствую себя жертвой. Но не сумею объяснить, во имя чего я отреклась от себя и превратилась в миссис Помешательство-на-Самой-Себе. — Кэт повернулась к Джорджии и добавила ледяным тоном: — А теперь я обращаюсь к тебе, мисс Уолкер: почему ты не пошла другим путем и не стала ничего менять в своей жизни?
Джорджия вертела в руках стакан и смотрела прямо перед собой невидящими глазами.
— У каждого свой путь, Кэт. И мы не все можем изменять и контролировать. Многое происходит помимо нашей воли.
— Да, ты права, — отозвалась подруга, казалось, слова Джорджии удовлетворили ее любопытство. — Ну, кто согласен со мной?
— Согласен с вами в чем? — спросила ее Кейси, прищурившись, стараясь удержать на ней внимательный взгляд.
— В том, что мы можем изменить себя, и мы совсем не безнадежны, и не всякая ситуация безвыходна, как сказала мисс Уолкер.
Кэт залпом выпила вино, вероятно, за успех перемен. И опять взглянула на Джорджию.
— Не понимаю, о чем ты… — пробормотала Джорджия.
— А я понимаю. Я тоже хочу все изменить, — быстро заговорила Дарвин, — я буду учиться вязать.
— Браво! Но я бы хотела узнать и обо всех остальных тоже! Что вы станете делать дальше? — Джорджия подхватила призыв Кэт и вскинула голову.
— Я позвоню матери, — сказала Люси.
— А когда вы с ней говорили в последний раз? — поинтересовалась Кэт.
— Год назад.
— А я хочу научиться хорошо готовить. И больше не переживать о том, как я выгляжу. Я вообще хочу все изменить. — Кэт радостно улыбнулась. — Это и твоя заслуга, Джорджия.