— Привет, дорогой! — воскликнула Кэт.
— Чего это ты надела на себя? — Положив руки ей на плечи, он окинул недоуменным взглядом ее джинсы и ботинки.
Кэт освободилась и отошла от него к зеркалу.
— У меня кое-что есть для тебя! Сюрприз!
— Подожди, коли уж я дома, зайду сейчас в кабинку для джентльменов. — Он расхохотался над собственной шуткой.
— Нет-нет, стой. — Кэт задержала его и снова улыбнулась. — Вы останетесь довольны результатом, мистер Филипс.
Глава 15
Взглянув на часы, Джорджия увидела, что Дакоте уже давно пора спать. Половина десятого вечера.
— Дорогая, пора спать, — сказала она дочери. — Надевай свою пижаму и ложись.
— Пижамы для маленьких, я сплю в рубашке.
— Ну хорошо, надевай рубашку и ложись.
Она вышла из комнаты Дакоты как раз в тот момент, когда Кэт в своем ослепительном платье позвонила в дверь магазина.
Она вошла и тут же схватила Джорджию за руки:
— Я это сделала!
Джорджия кивнула, осмотрев ее со всех сторон:
— Я рада, что оно такое, как ты хотела.
— Да! Фантастика! — в восторге воскликнула Кэт. — Я появилась в нем перед всеми этими женами, сестрами, кузинами; они небось всю ночь не спали.
— Что ты имеешь в виду?
— Адама, конечно, дорогая, и его родственников.
— Кэт?
— Да?
— Что случилось? Почему ты приехала ко мне в этом платье?
— Просто я счастлива, безумно счастлива, словно вернулась в те далекие восьмидесятые, когда мы с тобой дружили. Я знаю, что была не права, и хочу попросить у тебя прощения.
— А… ты опять про Дармут?
— Да, про Дармут. — Кэт подошла к окну. — Джорджия, я очень виновата: из-за меня ты не поступила в этот колледж, а я скрыла от тебя правду, когда сама подала туда документы.
— Ну… пора уже забыть об этом, спасибо за извинения, — немного прохладно ответила Джорджия. — Ты правильно все поняла, я не поехала в Дармут, чтобы оставаться с тобой. Мы ведь дали слово друг другу всегда быть вместе. — Она понизила голос и говорила почти шепотом.
— Я не хотела! — Кэт смотрела сквозь стекло на темную улицу, растерянная и расстроенная, но Джорджия не проявляла ни сожаления, ни сочувствия. — Хорошо, — нехотя кивнула Кэт, — признаю: хотела, но я не желала расставаться с тобой. Родители уверили меня, будто это мой единственный шанс пробиться в жизни. Но у меня ничего не получилось, а ты действительно достигла успеха. Теперь я это понимаю.
— И что?
— Ты добилась всего, чего хотела, а я — нет. — Кэт оперлась руками о стол, словно ей было тяжело стоять.
Джорджия решила подойти к ней, но остановилась. Наоборот, она отошла еще дальше, в противоположный угол комнаты.
— У меня просто не осталось выбора — только плыть или утонуть, у меня ведь ребенок.
— Неправда, поехала бы к родителям и жила с ними.
— Я не могла у них остаться.
— Ты знаешь, я звонила твоей матери потом, некоторое время спустя… — Кэт села на стул, сложив руки на коленях. Она и правда походила в этом золотом платье на феникса, и Джорджия вновь поразилась красоте собственного творения. — Джорджия, ты меня слушаешь? Я звонила твоей маме, после того как уехала в Дармут. Я спрашивала у нее твой телефон, просила сообщить тебе о моем звонке, хотела узнать, получила ли ты мою новогоднюю открытку, но ты… никогда не отвечала.
— Возможно, это и правда. — Джорджия пожала плечами. — Мама ничего мне не говорила.
— Ничего?
— Нет.
Слишком поздно Кэт надумала просить прощения и восстанавливать их дружеские отношения.
Прошло столько лет… наверное, Джорджия сама виновата в том, что Бесс не передавала ей никаких известий. Ведь она никогда не интересовалась своей подругой после ее исчезновения, а жизнь самой Джорджии пошла по иному пути, нежели тот, о котором она мечтала, когда они только-только расстались. Неизвестно, стоило ли ей теперь жалеть об этом или, наоборот, радоваться.
— Спасибо, Кэт, что сказала.
— Джорджия, я хочу, чтобы мы опять стали друзьями. Настоящими друзьями, как в те далекие дни.
Эта гламурная блондинка, имевшая все материальные блага, какие только может пожелать женщина, сидела перед ней в роскошном платье и предлагала ей, матери-одиночке и наемной вязальщице, еле сводившей концы с концами, свою дружбу!