— Такая прелесть! Настоящий кукольный домик для людей! — заявила Дакота, перебирая пряжу в коробках и разглядывая старые деревянные спицы, лежавшие на столе, и старинные чайные чашечки. Дакота совсем иначе представляла себе эти места: она боялась, что прабабка окажется ворчливой старухой и будет держать ее взаперти в скучном и грязном деревенском доме. Но больше всех счастливой чувствовала себя Джорджия: сбылась ее давняя мечта — дочь и бабушка встретились.
Грэн вовсе не принадлежала к тому типу старых женщин, которые все время сплетничают, обсуждают телепередачи или почитывают книжки. Она всегда говорила, что наибольшее удовольствие ей доставляет работа, какой бы тяжелой она ни была. Грэнни никогда не переставала работать — ни до своего замужества, ни после, ни даже когда потеряла мужа и состарилась; такова уж ее натура.
Джорджия уселась на кухне за большой деревянный стол. Он стоял на том же самом месте, что и во времена ее детства, когда она завтракала за ним, глядя в окно на тянущиеся вдоль дороги фермерские домики и маленькие сады вокруг. Все уже было готово к чаю — чашки и сахарница, свежее молоко и хлеб, настоящий деревенский хлеб; она и забыла уже, как он пахнет! И вазочки с джемом. У Грэн имелся свой способ заваривания очень вкусного чая: она заливала чайные листья кипящей водой и настаивала их несколько минут, обернув чайник теплым полотенцем.
— А руки вымыла? — спросила она внучку.
— Да, Грэн! И мне уже тридцать семь!
— Никогда не поздно напомнить человеку, что надо следить за собой!
Она села за стол, ожидая, когда Кэт, долго умывавшаяся в ванной, присоединится к ним.
— У нас все как обычно! — заметила старушка. — Ничего не меняется.
— Грэн, ничего, что я привезла Кэт?
— Я очень рада ей. Твоих друзей я с удовольствием приму у себя, даже если они слишком долго занимают ванную и опаздывают к чаю.
— Я не знаю, помнишь ли ты, что я тебе о ней говорила когда-то?
— Ну, я, может быть, и старуха, но память у меня хорошая. Я храню все твои письма. И помню каждое из них наизусть. Хорошо знаю, кто такая Кэти Андерсен. Я даже не забыла, какие имена она выбирала для своих собак и кошек.
— А мне не верится, что у нее были кошки и собаки! — воскликнула Дакота.
Джорджия покачала головой.
— Ну и зря, дорогая; мы все когда-то были детьми, и Кэт тоже, — возразила Грэн. — В это трудно поверить, но когда-то твоя мама, такая же юная, как и ты, сидела за этим столом.
Глава 19
Джорджия проснулась от яркого солнечного света, направленного прямо ей в лицо.
— Что такое?
— Уже полдня прошло, милочка, почти пол-одиннадцатого, — сообщила ей Грэн, отдернувшая занавески.
— С добрым утром, мам, пора завтракать — я приготовила маффины. И еще у нас есть свежий хлеб.
— О, на кухне с ней одно удовольствие, Джорджия, она все знает, почти как моя мама, и у нее все отлично получается. Настоящий талант.
Дакота сияла от похвал. Она встала очень рано и вместе с Грэнни возилась с едой, спеша приготовить ванильные кексы. Они получились не совсем такими, как дома, но зато Грэнни посыпала их сахарной пудрой. Она назвала это «кексы в пижаме».
А потом они завтракали вдвоем, поскольку ни Кэт, ни Джорджия еще не проснулись. На завтрак были вареные яйца и хлеб с джемом. Грэн всегда поднималась на заре — старая фермерская привычка, но для Дакоты встать с постели оказалось трудновато. Пару раз она попыталась свалиться обратно и спать дальше, но Грэн опять ее будила и заставила наконец пойти умыться. А после чашки крепкого вкусного чая сон как рукой сняло. Зато теперь она чувствовала себя, как никогда, бодро. Ее прабабушка права: чтобы было много сил, главное — не проспать солнце.
— Я не знала, что солнце встает так рано! — призналась Дакота.
— Ты не видела самого красивого в природе; ради этого стоит не поспать пару часов! — Грэнни указала ей в окно на розовую полоску зари над полями и сноп золотых лучей, пробивавшихся на еще бледном сумеречном небе.
Дакота смотрела во все глаза на это завораживающее зрелище.
— Твоя мама сказала, ты хочешь знать, откуда твои корни.
— Да, хочу знать, откуда я.
— Ты права. Для тех, кто родился в Америке, это очень важно — знать, откуда ты, кто твои предки, — кивнула Грэн, продолжая смотреть на восходящее солнце. — Но теперь ты можешь видеть все это — землю и людей, которые когда-то были твоим народом.