Волосы растрёпаны, прядками липнут ко влажному лбу. Я смущенно кивнула.
— Спасибо, с... — и осеклась, — Джоэл. Джоэл.
Ли поддерживающе сжал мою руку, и я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Настолько сильных переживаний от себя я не ожидала. Но не стоило называть его по имени сразу два раза, почему это вообще вырвалось?
— Не волнуйся. — ровно попросил мужчина, и Ли отпустил мою руку.
— Я сбегаю, заправлю машину. Жду тебя на улице, а пока поговорите. — парень хлопнул меня по спине и ушёл в коридор. Его шаги затихли, следом заскрипела гаражная дверь.
— Можешь присесть. — Джоэл кивнул на диван, и я молча переместилась на край обитой бордовой тканью подушки.
В комнате щелкали настенные часы, с улицы звучал шуршащий по крыше дождь; не сильный, скорее летний, несмотря на то, что на дворе — ноябрь, он навеивал на меня странное, почти гнетущее чувство неопределенности.
— Мы летели из Миннеаполиса. А потом добирались до города почти час на машине. — я не знала, зачем начала с самого начала, но помнила, что он поинтересовался, — Было непривычно сначала. Прошло всего несколько часов. Я не знала, что вы всё ещё живете здесь. Я боялась, что Ли уже переехал.
Джоэл кивнул, вытирая полотенцем пальцы, один за другим. Методично, медленно, настойчиво. Движения были выверенными, точными, механическими. Я отвела взгляд, чтобы не напороться на чужой. Просто нужно было привыкнуть к этому.
— Рад, что вы с Ли снова вместе. Ему не хватает друзей. Я не против, что он постоянно дома и под присмотром, но в его возрасте...
— Я понимаю. — почему-то перебила я, не совладав с волнением.
Мне стало так душно, что хотелось поскорее выбежать на улицу. Джоэл выдохнул, присаживаясь напротив, на тот самый стол. На нём всё ещё лежал недособранный пистолет.
— Почему волнуешься?
— Не знаю. — честно ответила я.
Не хотелось прослыть невежливой, тем более перед ним, но мне было не по себе. То ли дело в пистолете, блестящем на краю столика, то ли в напряженных руках Джоэла, сомкнутых в замок.
— Всё хорошо? — спросил он ещё тише, словно боялся, что нас подслушают.
Я усилием воли кивнула, убирая выбившуюся прядь выбеленных волос обратно за ухо. Ожидая, пока Ли провозится с машиной, я рассматривала стеллажи с дисками прямо за спиной Джоэла.
— Ладно, Хоуп. Извини за неприятный приём. Обещаю исправиться. — он кивнул на оружие, а потом поднялся, решив оставить свой непринужденный допрос.
Незнание собственной реакции поражало. Он спас тебя, неблагодарная дурёха, а ты ведёшь себя так, будто он — и есть тот урод, укравший тебя с площадки!
Мне стало стыдно, но я встала и вышла на улицу. Прохладный ветер сдул жар с моих ладоней, и я повернулась к дому, почему-то понадеявшись увидеть в дверном проёме Джоэла.
Но его там, разумеется, уже не было.
— Можешь садиться, — Ли улыбнулся, кивая на машину, — Я забегу домой и вернусь. Ты вся красная, всё в порядке? Отец не читал нотации или...?
— Нет, в гостиной душно. И пахнет...
— Да, да, полицейские забавы. Тоже не переношу запаха его этих оружейных штук. Садись, не мокни. Кажется, с минуты на минуту ударит ливень.
Ли убежал, а я вернулась в салон, тут же набирая маме сообщение, чтобы она не волновалась и знала, что я с друзьями. Пальцы дрожали, и я не могла до конца осознать, что именно не так.
Да, это тот самый Джоэл. Прошло восемь лет, и ничего не изменилось, кроме того, что теперь мы с Ли стали полноценными молодыми людьми, живущими совсем другими жизнями.
Неизменным остался тот вечер, в который я могла погибнуть. Меня могли унести куда угодно, запихнуть в машину и увезти в глушь, но этого не произошло.
Ледяной воздух залетел в окно «форда», напоминая мне о цветах и запахах. Напоминая о тёплых сухих руках офицера полиции, держащих меня, маленького ребёнка, и прижимающих по-отцовски к груди.
О тех самых руках, с которых Джоэл стирал оружейную смазку, выглядя при этом отрешенно. Мне не было понятно одно — откуда у меня такая реакция на простой разговор?
Ли вернулся спустя пару минут, и я посмотрела на него так, словно видела впервые. У них с Джоэлом совсем мало отличий: Ли меньше, но он ещё подросток, пусть и складный. У Джоэла больше морщинок и складок меж бровей. Он выглядит серьёзнее и... грубее.
Разумеется, Хоуп. Ему не восемнадцать, а лет на двадцать больше.
— Не бойся его. Он и так перепугал всех моих подружек. А ты не просто подружка, ты мой друг. — парень говорил извиняющимся тоном, и я попросила его остановиться.