Надев халат и завязав его на талии, я еще раз взглянула на припухшие, красные глаза и шагнула к двери.
— Женя, однажды он пробрался в нашу комнату и украл её трусики. Вот урод, — рассказывала подруга.
Я остановилась и приложила ухо к двери, пытаясь подслушать разговор.
— Вика, ты лучше объясни, как она оказалась с ним в одной комнате? — спросил Женя.
— Честно, не знаю. Мы сидели и болтали, когда к нам подошёл официант с бутылкой шампанского и запиской. Когда Кира её прочитала, ей стало плохо, и она пошла в туалет. Я хотела пойти с ней, но она меня остановила. А через пятнадцать минут пришёл ты.
— Что было в записке?
— М-м-м… что-то вроде «Классно танцуешь». Точно не помню.
Они замолчали. Я потянулась к ручке двери, чтобы открыть, но Женя продолжил:
— Вика, пожалуйста, если он ещё раз подойдёт к ней, расскажи мне, хорошо?
— Хорошо.
Наступила тишина.
Когда я вышла из ванной, увидела, что Вика с Женей сидят на её кровати, глубоко задумавшись. Не раздумывая, я легла на свою постель и укрылась с головой одеялом. Да, день рождения прошёл на славу. Рядом прогнулся матрас, и крепкая мужская рука опустилась на моё плечо, медленно поглаживая.
— Кира, сестрёнка, как ты? — тихим, ласковым голосом спросил брат.
Я не ответила, лишь вытащила руку из-под одеяла и показала большой палец.
Ещё долго Женя сидел рядом, гладил меня и тихо разговаривал с Викой.
— Вика, ложись спать, а я посплю в кресле, — услышала я перед тем, как провалиться в сон.
Проснулась я уже поздним утром. Голова гудела, тело болело. Открыв глаза и не найдя рядом Жени с Викой, я приподнялась на локтях. Где они? Потерла глаза, взглянула на электронные часы и вскочила. Девять утра. Чёрт, проспала.
Вика не разбудила меня и сама ушла в университет. Несмотря на ноющую боль по всему телу, я быстро подошла к шкафу и открыла дверь. Замерла, когда услышала тихие разговоры на общем с соседями балконе.
Я осторожно подошла и медленно приоткрыла дверь, стараясь не создавать шума. На балконе стояли Женя с Викой, пили кофе и с интересом рассказывали друг другу о своих увлечениях. Что тут происходит? — подумала я, удивлённо наблюдая за ними.
Женя первым заметил меня.
— Кира, доброе утро! Как ты себя чувствуешь? — спросил он с нежной улыбкой.
— Уже лучше, — честно ответила я, — только тело всё ещё болит.
Брат напрягся и глубоко вздохнул, словно пытаясь сдержать эмоции. Я могла бы соврать и сказать, что всё в порядке, но в нашей семье есть одно правило — никогда не врать. И кому, как не родному человеку, я могу рассказать о своей боли. Вика заметила, что Женя начинает волноваться, и мягко коснулась его руки, пытаясь успокоить.
— А, Вика, мы опоздали, — решила я сменить тему.
— Вы сегодня останетесь дома, — сказал Женя твёрдо. — Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя.
Я понимала, что брат заботится обо мне, но сейчас мне не хотелось пропускать занятия. Хотя в таком виде появляться на людях было сложно. К счастью, сегодня пятница, и, возможно, за выходные синяки на шее станут менее заметными. Хотя кого я обманываю — они никуда не денутся.
Я кивнула в знак согласия и, развернувшись, пошла варить кофе. Пока вода закипала, я пыталась собрать мысли. В голове всё ещё звучали слова Вики и Жени, а тело напоминало о случившемся болью и усталостью.
Я сидела в кресле, обхватив обеими руками горячую кружку с кофе, когда они появились с балкона. Женя подошел, присел на корточки рядом со мной и, глубоко вздохнув, спросил:
— Кира, может, поживешь дома до отъезда в Штаты?
— Я не могу.
— Почему?
— Учеба.
— Кира, ты же понимаешь, я за тебя переживаю. А если он снова начнет к тебе приставать, а меня не будет рядом?
— Думаю, он больше не будет.
— Надеюсь на это, — выдохнул он и продолжил. — Почему ты раньше мне об этом не рассказала?
— Я не думала, что он решится на такое.
Брат замолчал, глядя на меня с той нежностью и теплотой, что я помнила из детства. Но теперь передо мной стоял возмужавший молодой мужчина. В его лице я видела отца – такой же сильный и добрый одновременно.