— Феликс свалил на нас с Лапшиным еще одну программу. Аленину…
— В городе нехватка тележурналистов? — вскипела Тамара Сергеевна. — Знаешь, Александра, я все-таки с Калязиным когда-нибудь поговорю. И даже в самое ближайшее время.
— Зачем, мамочка? Он послушается тебя, отпустит меня на все четыре стороны, возьмется за программу сам, она провалится, поскольку он не может быть ведущим программы, потом провалится канал… Кому от этого будет хорошо? Максу? Мне? Тебе?
— А кому будет хорошо, если ты умрешь старой девой? — в сердцах воскликнула Тамара Сергеевна. — Тебе двадцать шесть лет! На ту же Алену посмотри. Она поняла, что жизнь состоит не только из работы и карьеры. А ты?
— Возможно, в Аленином возрасте я тоже это пойму, — улыбнулась наконец Александра, поднялась с кресла и чмокнула мать в щеку. — Что еще интересного было в почте? Ты ведь не только Максово письмо прочла, правда?
— Всякая ерунда и чушь, — сердито и одновременно смущенно сказала мать. — В духе дешевых детективов. Одно письмо было и вовсе от сумасшедшего. Я хотела его стереть, но потом подумала: вдруг это какой-то код или шифр от какого-нибудь твоего информатора?
— Ладно, давай я сама посмотрю, — вздохнула Саша.
Тамара Сергеевна поднялась, жалостливо оглядела родное дитятко и пробормотала:
— Ужинать будешь? И вообще, может быть, ты все-таки разденешься?
— Спасибо, мам, я сыта, — рассеянно проговорила Саша, одной рукой стаскивая с себя плащ, а другой — щелкая компьютерной «мышью». — Я бы чаю выпила…
Тамара Сергеевна бесшумно вышла из комнаты, а Александра уставилась на экран монитора, бегло просматривая послания. Сама не зная зачем, она выискивала тот текст, который показался матери текстом сумасшедшего. Хотя в пришедшей почте была и более ценная информация: сведения о партии «Русич», биография господина Полуянова, подробное письмо от Андрея Мелешко, который рассказывал о ходе расследования убийства Юрия Костенко — как и предполагалось, тот оказался и владельцем «мерса», и директором элитного приюта для инвалидов и стариков. Но все это Саша проглотила автоматически, не задумываясь, пока не обнаружила следующее, действительно странное письмо.
«Отчего ты еще противишься, злосчастная, силе, неразрывно связавшей тебя со мною? Разве ты не моя? Как ты прекрасна! При виде тебя я содрогаюсь от невыразимого восторга и сладостной неги! Но дух зла пробуждается во мне. Теперь я повелеваю судьбой, мне подчиняется случай, ведь он переплетает нити, которые выпрял я сам, не так ли?
Спасение героя заключается в выполнении обещания. Все может разрушиться и трансформироваться в полную противоположность — и прекрасная принцесса превратится в ведьму. Неизменным останется лишь герой, готовый выполнить обещание, совершить поступок. Но и поступок этот уже не нужен. Если принцесса превратилась в ведьму, то Иванушке-дурачку совершенно не обязательно добывать для нее Жар-птицу, чтобы жениться, ибо сама идея женитьбы сходит на нет. Устойчивость героя есть спасение гармонии духа и вселенной. Все остальное — несущественно…»
Саша перечитала текст еще раз. Эти строки она точно где-то уже встречала. И про сплетение нитей судьбы, которые кто-то выпрял для себя, и про Иванушку-дурачка. Правда, тот текст, который она читала раньше, от нынешнего отличался. Там было еще что-то про Сивку-Бурку, вещую каурку, припомнила девушка. Но больше не вспоминалось ничего.
Саша не заметила, как в комнату вошла Тамара Сергеевна, поставила на стол поднос с чашкой, чайником и вазочкой с печеньем и вышла. Она не услышала, как за стеной, в комнате ее родителей, куранты пробили час ночи. Она все перечитывала и перечитывала текст, интуитивно осознавая, что он имеет отношение к какой-то загадке, с которой ей предстоит столкнуться в самое ближайшее время… Возможно даже, что этот текст служит ключом к разгадке…
В дверь настойчиво поскреблись. Собака Клякса, зная, что девушка не спит, требовала внимания, а возможно, и прогулки.
Саша очнулась и выругалась про себя. «Черт возьми, мало ли психов гуляет по электронной почте! Если обращать внимание на каждую чушь, то скоро и сама начнешь писать подобное… Сменить адрес надо, вот что! Слишком уж я стала популярна — теперь каждая собака знает, где и как меня достать».
С этой мыслью она поднялась и пошла открывать дверь любимой псине. Клякса с радостным визгом с разбегу прыгнула к Саше на руки и лизнула ее в лицо.
— Спасибо, собака, — засмеялась девушка. — Ты самый лучший крем для снятия макияжа.