Игорь слегка размял шею ладонью. Потом сделал несколько вращательных движений головой, предназначенных для придания гибкости шейным позвонкам. И только потом воззрился на Оксану в упор.
— Что ты на меня так смотришь? — обвиняющим тоном произнесла Оксана, вдруг перейдя на «ты». — Ты не хочешь на меня работать, Гоголь?
— Гоголем я тебе не представлялся, — проговорил Игорь, поддержав ее «ты» и стараясь выиграть время. — Так меня только старые друзья зовут. За сходство с классиком. Но ты меня так не называла… В прошлый раз.
— А я тебя так сегодня называю, — пожала плечами девушка. — Я только сегодня это сходство заметила. Но ты, похоже, не въезжаешь в то, что я говорю! Мой супруг — преступник! Поэтому я имею право на развод. Твое дело доказать его причастность к преступлению. И за это я тебе плачу… пять тысяч баксов. Остальное обещанное — когда я получу развод и половину его капитала.
— Ладно, — сказал он по возможности твердо. — Излагай суть. А там посмотрим.
— Наконец-то! — воскликнула красотка. — Мой Андрюшанчик человека убил. И тому есть все фактические подтверждения. Если человек под такой статьей ходит, я имею полное право на развод. Даже если он потом отмажется.
— Ну и вперед, — хмыкнул Пирогов. — Теперь тебе ничья помощь не требуется. Все по закону произойдет. Я тебя потом поздравить приду, когда ты документ о разводе получишь.
— Нет, Игорь, сегодня ты все-таки не в себе, — вздохнула Оксана. — Ты хочешь, чтобы правоохранительные органы от меня узнали, что он человека грохнул? Чтобы потом Полуянов меня в ванне утопил?
— Он же будет в следственном изоляторе сидеть, — возразил Игорь.
— Ты не знаешь Полуянова, — сердито сказала она. — У него руки длинные, он меня и оттуда достанет. Нет, на следствии моего имени вообще не должно быть. Вот поэтому ты мне и нужен.
— Зачем? — спросил Пирогов. — Что я должен делать?
— Во-первых, ты найдешь свидетеля преступления, — заявила Оксана. — На самом деле его искать не надо — такой человек действительно есть, он придет к тебе, а ты уже преподнесешь его милиции. Во-вторых, ты найдешь орудие преступления с отпечатками пальцев моего благоверного. Ну а кроме того, сообщишь следствию мотивы преступления. Если этого мало, чтобы его уличить, ну тогда я не знаю.
Игорь потеребил переносицу и искоса посмотрел на красавицу.
— Прелесть моя, — проговорил он тихо. — А откуда у тебя весь этот компромат?
— А оттуда! — воскликнула она. — Оттуда, что я давно за ним слежу. За каждым шагом, за каждым движением. Я думала сама справлюсь, без посторонней помощи. Но потом все-таки сообразила: если я все, что знаю, на божий свет вытащу, то развод мне уже не понадобится. И вообще ничего уже не понадобится.
— Логично, — кивнул Пирогов. — Так ты утверждаешь, что господин Полуянов своими руками кого-то убил? А почему киллера не нанял? Он же человек небедный.
— Это ты у него сам спросишь, когда к стенке прижмешь, — усмехнулась Оксана. — Но я думаю, что киллер — это лишнее звено, а значит, утечка информации. Ты не знаешь, какой мой Андрюшечка осторожный. И самостоятельный. Он, когда в Думу решил баллотироваться, даже пить и налево ходить перестал. Перестраховывается, сволочь. Знает, что теперь за ним наблюдать будут многие.
— Умно, — пробормотал Пирогов. — Тогда последний вопрос. Почему ты собираешься заплатить мне такое бешеное вознаграждение? Другой бы сыщик и за один аванс работать согласился. Практически все уже подготовлено, землю рыть не надо… А?
Он заметил, что в глазах Полуяновой промелькнул испуг. Промелькнул и исчез. Она обворожительно улыбнулась.
— Я — женщина небедная, как и мой супруг, — гордо проговорила Оксана. — И могу нанять самого дорогого сыщика. Я ведь интересовалась расценками твоего агентства. Дело об убийстве стоит дорого, не так ли?
Пирогов едва не заржал и прикрыл лицо ладонью. Дело было в том, что когда-то давно по очень сильной пьяни они с другом Мелешко составили прейскурант услуг детективного агентства «Гоголь». Просто так составили, как говорится, для прикола. Ну, потому что других развлечений в тот вечер не было… А в Апраксином переулке, где, как известно, живет великий сыщик Пирогов, в тот вечер происходили какие-то перебои с напряжением. Свет, правда, не гас, но мигал. И при каждом таком мигании компьютер выдавал в тексте два лишних знака. Бог знает, отчего. То есть если надо было напечатать «у», то получалось «ууу». Очередной сбой напряжения застал Пирогова, когда тот печатал сумму напротив графы «Убийство». Машина выдала два лишних нолика. Утром, перечитывая свое творение, друзья веселились вовсю. Ведь выходило, что Игорь за расследование убийства берет с клиентов сумму, сильно превышающую годовой бюджет по зарплате районного управления внутренних дел. Прейскурант этот Пирогов для смеха на стенку в агентстве повесил. Потому как считал, что с делом об убийстве к нему никто никогда не обратится. Но тем не менее иногда приходили… Как, например, сейчас.