Серёжа звонит, когда я принимаю душ. Наспех обернувшись полотенцем, торопливо переступаю через бортик ванны.
Ловлю свое отражение в зеркале напротив. Волосы распушились и стали влажными, щёки горят.
Немного поколебавшись, принимаю вызов. Не слишком горю желанием показываться перед Серёжей в таком виде, но ещё меньше хочется пропустить звонок. Ведь другого времени поговорить может просто не представиться.
— Эээ… — Алёхин смотрит на меня с экрана смартфона. Выглядит слегка офигевшим.
— Привет! — бодро приветствую его. Даже, наверное, чересчур бодро.
— Ты занята? Я тебя от чего-то… отвлёк?
Красноречиво пялится куда-то в область моей груди. Спешно подтягиваю полотенце повыше.
— Нет, нет. Я просто в душе была.
— Я вижу.
Сам он сидит, облокотившись на диван, судя по всему, в своём номере. Пуговицы белоснежной рубашки небрежно расстёгнуты на груди.
— Как у тебя дела? Дорохин согласился?
— Дааа, — Серёжа улыбается, явно довольный. — Помялся для виду. Но у него не было вариантов. Условия шикарные.
— Поздравляю!
— Спасибо. Почти неделя переговоров, но мы сделали это.
— Подожди минутку, пожалуйста.
Кладу телефон на поверхность стиральной машины камерой вверх.
— Ты можешь говорить, я тебя слышу! — кричу ему. — Просто переоденусь.
Натягиваю приготовленные заранее чистые трусики, следом — пушистый халат. Поразмыслив, снимаю его. Вешаю обратно на крючок. Выбираю топ на тонких лямках с кружевом.
Серёжа рассказывает о том, как прошёл сегодняшний день. Периодически вставляю в разговор свою реплику. Он говорит, что завтра привезут новое оборудование. Первая партия оказалось с браком. Пришлось изрядно…
— Погоди, что? — хватаю мобильный. Тревожно вглядываюсь в его лицо.
— Завтра⁇ Так завтра же Новый год! Ты что, не приедешь?..
Вздыхает.
— Пока не знаю.
— Как это?.. — шепчу, растерявшись.
— Новый управляющий… Короче, я ему не совсем доверяю. Нужно всё проконтролировать. Слишком высоки ставки. Мы вложили в этот проект хренову кучу бабла, и если он не выгорит…
— Оу. Ясно, — в моём голосе сквозит разочарование, которое не получается скрыть.
— А ты? — спрашивает Серёжа. — Какие планы на тридцать первое?
— К Литвиновым поеду, наверное. Алёнка звала.
— Хорошо. Не хочу, чтобы ты была одна.
Держа телефон перед собой, перемещаюсь в кухню.
— Ёлку поставила? — спрашивает Серёжа.
— Неа.
— Как это? — удивляется. — А как же дух праздника? Сама же говорила.
Улыбаюсь тоскливо.
— Папа сорвал спину. Они застряли в посёлке, потому что он не может вести машину. Мама лечит его, конечно. Но сам понимаешь, как это всё непредсказуемо. Так что ёлку он мне не притащит. А сама я…
— Не вздумай, — говорит строго.
— Конечно, я и не думаю. Поэтому как-то так!
Переключаю камеру на стоящие в вазе сосновые ветки.
— Всё, что смогла! — весело рапортую. — Очень хочется запаха ёлки, мандаринов. Чтоб всё как в детстве…
— Да… В детстве были самые лучшие ёлки. Родители никогда не дарили нам с Алёной подарки заранее. Утром, первого, мы бежали под ёлку, чтобы посмотреть, что там принёс Дед Мороз в этом году.
Серёжа встаёт с дивана. Идёт куда-то. Судя по звуку льющейся жидкости, наливает что-то в стакан.
— Мне пора, — вздыхает, глядя на меня в камеру. — Если получится, позвоню ближе к десяти. Если нет, то завтра созвонимся.
— Хорошо.
— Береги себя, — подмигивает мне, прежде чем отключиться.
Прижимаю потухший экран телефона к своей груди. Как всегда, очень быстро и мало…
В довершение вечера Алёна сообщает, что они всем семейством свалились с простудой. По понятным причинам празднование у них дома отменяется. Совершенно приуныв, ложусь спать, обнимая подушку.
На следующий день, около полудня, кто-то настойчиво звонит в мою дверь. Я никого не жду. С некоторой опаской спрашиваю, кто?
— Свои! — голос Руслана.
Открываю нерешительно. Руслан — последний человек, которого я готова была увидеть на пороге своей квартиры.
Он стоит, обхватив двумя руками в светлых кожаных перчатках огромную… ёлку!
— Боже. Что это? — отодвинувшись, пропускаю его внутрь.
— Куда? — бубнит. Не вижу его лица, оно закрыто ветками.
Скидывает ботинки, не глядя.
— Туда. Левее! — ориентирую его, рефлекторно отклоняясь от колючих иголок. Запах смолы и хвои тут же заполняет пространство вокруг.