Это же Серёжа. Серёжа Алехин!
Египетская сила!
Вот засранец! А мама в курсе, что он курит, м-м?
Усаживаюсь обратно на своё место. Напряжённо подавшись вперёд, гипнотитизирую взглядом Серёжину щёку. Посмотри на меня!
Он, как будто почувствовав, поворачивается в мою сторону. Лениво улыбаясь кому-то из своих собеседников, мажет по мне взглядом. Через мгновение резко возвращается к моему лицу. Узнал!
Я приподнимаю брови слегка и демонстративно грожу ему пальцем. Ай-яй-яй!
Он усмехается. Сделав последнюю затяжку, выдыхает дым в небо сквозь сжатые в плотное кольцо губы. Точным броском отправляет окурок в урну. После возвращается к разговору с друзьями.
Мне опять не видно его. Да и солнце встаёт против моей скамейки так, что слепит глаза.
Тяжело вздохнув, тянусь к коробке с вафлями. Вытягиваю оттуда одну.
Вроде ничё так. Жую задумчиво, смотря на сверкающие в солнечных лучах струи воды в фонтане.
Мои мысли опять возвращаются к собственной незавидной судьбе. Достаю телефон из сумки. Алёнка так и не ответила…
Кстати об Алёнке. Стоит ли ей говорить, что видела её брата сегодня? Ещё и курящим. Ведь это, получается, натуральное стукачество. А с другой стороны… курить вредно!
Автоматически смотрю в направлении того места, где расположился Алёхин с приятелями. Там уже никого нет. Ушли.
Достаю вторую вафлю. Не пропадать же добру.
Когда рядом кто-то присаживается, я доедаю уже третью кручёнку. Вкусные оказались, зараза.
Жуя с набитым ртом, не решаюсь взглянуть на своего соседа. Просто молча придвигаю к себе свои пожитки, освобождая место на скамейке.
Перед моим лицом неожиданно возникает вафельный рожок с уложенным розовой горкой мороженым. Поперхнувшись, перевожу глаза. Серёжа!
— Я думал, ты голодная. Но вижу, что ошибся, — он улыбается мне одним уголком рта.
Судорожно прожёвываю остатки вафли. Сглатываю.
— Выфнёвае?
Серёжа кивает.
— Вишня-шоколад.
— Я надеюсь, ты не у своей девчонки его отобрал, — протягиваю руки к желанному лакомству. — А впрочем, наплевать.
Обожаю вишнёвое.
— У меня нет девчонки.
— А кто это был тогда? — слизываю каплю подтаявшего мороженого с вафли.
Серёжа странно на меня смотрит.
— Никто. Просто одноклассницы.
Увлечённо поедаю свой десерт. То, что доктор прописал!
— Ты какая-то грустная. Что-то случилось? — спрашивает неожиданно.
— С чего-то ты взял? — наигранно удивляюсь.
— У тебя глаза тусклые. И вообще, ты вся какая-то…. — окидывает меня взглядом. — Какая-то поникшая.
Тяжело вздыхаю.
— Что ты знаешь об энергии «ци»?
— Чего-о? — удивлённо изгибает бровь.
— Это энергия жизни! — объясняю с умным видом. — И похоже, она у меня циркулирует неправильно.
— Ты гонишь, — скепсис в его голосе очевиден.
— Может быть, — пожимаю плечами. Выкидываю обёртку от мороженого в близлежащую урну. — Но как иначе обьяснить то, что у меня ничего не получается?
— Да масса причин. Обстоятельства. Случайности. Страхи. Согласно теории вероятности…
— Страхи? — перебиваю его. — Какие страхи? Я ничего не боюсь.
— Это тебе так кажется. Ты можешь бояться чего-то и сама не осознавать.
— Как это?
— Иногда страх сидит глубоко внутри. Он мешает тебе выбирать то, чего ты хочешь.
Зависаю.
— Можно как-то попроще, Зигмунд?
— Посмотри туда, — указывает на верхушку колеса обозрения.
— Ну. Смотрю.
— Оттуда открывается офигенный вид. Но ты его не увидишь, потому что боишься высоты.
Опять зависаю.
— Ты — чёртов гений.
Встаю и хватаю его за руку.
— Пошли.
На кассе Серёжа уверенно отводит мою руку с карточкой, протянутой для оплаты. Вручает кассиру наличные.
— Надеюсь, я не лишила тебя карманных денег на следующую неделю.
— Это мои.
— Откуда? — в который раз за сегодня удивляюсь.
— Есть масса возможностей заработать в сети.
Неверяще качаю головой.
Когда наша кабинка поднимается на максимальную высоту, в груди замирает. Передо мной расстилается весь город, как на ладони. Нереальная красота!
Обернувшись к Серёже, вижу, что он сидит, не двигаясь. Лицо — бледное. Смотрит в пол.
Меня осеняет догадка.
— Погоди. Ты что, реально боишься?
Он молчит. Лишь сильнее стискивает зубы.
Обхватываю его руку ладонью. Холодная.
— Я с тобой. Не надо бояться.
Вымученно улыбается мне, не поднимая взгляда.
— Ты уже здесь. Просто открой глаза.
Колесо начинает спускаться, завершая круг.