На самом деле я немного лукавлю. Потому что это я попросила подругу не распространяться особо о моём переезде. Мне не хотелось лишнего ажиотажа вокруг этого события. Или чтобы люди решили, что очередная неудачница вернулась домой из столицы, побитая и поверженная жизнью.
— Надолго здесь? — спрашивает Серёжа.
— Предпочитаю не загадывать, — отвечаю уклончиво.
В этот момент штора на входе отодвигается, и в кабинку заходит бармен Паша.
В руках у него поднос, на котором одиноко стоит моя сангрия. Сырная тарелка с орешками и мёдом. И свежий эспрессо для босса.
Молчим, пока Паша расставляет принесённое с собой на столе. Забирает тарелку с едой и недопитый, уже наверняка остывший, кофе Алёхина.
— Как ты пришёл к этому? — интересуюсь у Серёжи. Провожу рукой в воздухе, обозначая окружающую нас обстановку. — Очень прикольно получилось! — говорю это от чистого сердца. Мне действительно приглянулось это местечко.
— Спасибо, — ровным голосом. — Я закончил «общепит» в универе.
— Кажется, что-то такое припоминаю.
Он продолжает неторопливо:
— Получил диплом. Потом армия. Когда вернулся, работал в ресторане на Уфимском. Через пару лет мы с другом организовали свой бизнес. Открыли первое заведение. Это была пиццерия.
Первое?
Мысленно произвожу расчёты в своей голове. В тот период я была замужем. И как раз переживала самые мучительные события в своей жизни. Информация о Серёже, если и проскальзывала в разговорах с подругой, то нигде не отложилась.
— Кажется, Алёна говорила, что ты работаешь в ресторане, но я не думала что…
Перебивает меня, усмехаясь:
— Что я им владею?
— Типа того.
Он откидывается назад. Берёт чашку с кофе. Смотрит на меня как-то странно.
— На самом деле, это первый мой бар. Ну, такого формата.
Киваю одобрительно.
— А ты чем сейчас занимаешься? Работаешь? Где живёшь? — сыплет вопросами.
Ошарашенная новым обликом Серёжи «а-ля Аркадий Новиков», открывшимся мне внезапно, выдаю чистую правду.
— Я живу в городской квартире Литвиновых. На Витебской.
— Вот как… — Серёжа удивлённо приподнимает брови, и я понимаю, что ляпнула что-то не то. Как Алёнка могла нечаянно умолчать о такой небольшой, но важной детали? Что я живу у них? Выглядит очень натянуто. Быстренько перевожу тему.
— Работаю в агентстве недвижимости. У друга, — уточняю зачем-то. Мысленно луплю себя по лбу. Для чего Алёхину эта информация, блин? — У нас как раз новогодний корпоратив здесь. Сейчас, — добавляю сбивчиво.
— Ясно, — по его тону нельзя абсолютно ничего понять. — Так ты вернулась… одна?
— Что? — сначала не понимаю, о чём он вообще. — А, да. Одна. Мы с Андреем развелись несколько лет назад.
— Почему? — наклонившись вперёд, смотрит на меня испытующе. — Извини, если я лезу не в своё дело…
— Это действительно не твоё дело, Алёхин, — говорю чуть резче, чем следует. Тут же меняю тон. — Извини, я не хотела тебя обидеть. Просто эта тема… Это очень личное, понимаешь?
Он молчит несколько долгих секунд.
— Понимаю. Но я думал, что мы с тобой, как бы это сказать… не чужие люди.
— Серёж…
Он бодро хлопает по столу ладонями. Ложечка, лежащая на кофейном блюдце, слегка звенит.
— Раз уж ты теперь живёшь здесь, почему бы нам не обменяться телефонами, м-м?
— Не думаю, что это хорошая идея, — отвечаю тихо.
— Почему? — он как будто удивлён.
— Просто ты и я… мы…
— О чём ты? — Серёжа прищуривается. — Ты всё ещё не можешь отпустить ту ситуацию столетней давности?
— Нет, но…
На самом деле, да.
— Что было, то было. Я не держу на тебя зла, — говорит уверенно. — Я всего лишь предлагаю общаться. Дружить.
— Дружить? — моя очередь удивляться.
— Да. Почему нет? Люди так иногда делают, представь себе.
— А твоя девушка не будет против? — интересуюсь, скептически заломив бровь.
Он усмехается, прикрывая рот сложенной в кулак ладонью.
— А это тебя волнует?
— Не особо, — во мне просыпается дерзкая Ирина. — Просто я не хочу стать причиной очередных твоих неудач на личном.
— Оу. Как благородно. Но можешь не волноваться. На личном, — акцентирует это слово голосом, — у меня всё прекрасно. Даже если нет постоянной девушки, как сейчас.
Непонимающе качаю головой.
— И как ты предлагаешь нам дружить? Если мы и минуты не можем прожить, не покусав друг друга.
Он хохочет, задрав голову назад и слегка обнажив ровный ряд своих белых зубов.
Залипаю на его дёргающемся в такт кадыке.