— А ты чем занимаешься? Алёна, кажется, говорила, что ты сейчас работаешь с недвижимостью?
— Вроде того.
— Решила сменить профиль?
— Нет, просто искала что-то такое, с гибким графиком.
— Ммм… Встречаешься с кем-нибудь?
Внутренне вздрагиваю. Началось. Даже интеллигентная и обычно тактичная Марина Васильевна, и та не удержалась.
— Нет.
Мысленно готовлюсь к следующей фразе про «тикающие часики». Но мама Алёхиных удивляет меня. Подпирая подбородок рукой, смотрит на меня со всевозрастающим интересом.
— Серьёзно? — глаза Марины Васильевны буквально загораются непонятным мне огнем.
— Ну да.
— Но это ведь прекрасно!
— Эээ… Правда? — сомнение в моём голосе чересчур очевидно.
— Ага, — кивает энергично. — Я давно хотела познакомить тебя кое с кем!
Мои глаза закатываются сами собой. Только не это. Сколько желающих наладить мою личную жизнь я перевидала на своём веку, на пальцах обеих рук не сосчитать!
— Прежде чем отказываться, послушай, — доверительно шепчет.
Откусываю большущий кусок лимонного тарта. Прикрыв глаза от удовольствия, жую.
— У Серёжи есть друг…
Пирог встаёт мне поперек горла. Подавившись, начинаю кашлять. Марина Васильевна, подскочив с места, суёт мне в руки стакан.
— Выпей!
Жадно пью воду большими глотками. Продышавшись немного, хриплю:
— Что за друг?
— Руслан. Они учились вместе. Сначала в школе, потом в университете. Сейчас у них общий бизнес.
— Я не уверена, что это хорошая идея, — говорю мягко, стараясь не обидеть Марину Васильевну.
— Тебя это ни к чему не обязывает. Попробуешь, не понравится — просто забудем об этом! Но поверь моему опыту…
— Во-первых, он наверняка младше.
— На пару лет? Я тебя умоляю!
— На пять, если быть точной, — приподнимаю брови. Марина Васильевна в роли Розы Сябитовой — такое себе.
— Ну и что тебя смущает? Второй муж Агаты Кристи был младше её на шестнадцать лет. Они прожили счастливо в браке до самой смерти!
— Её смерти? — смотрю на нее, скептически задрав брови. Она продолжает:
— Бриджит Макрон старше своего мужа на двадцать с чем-то лет! Алла…
— Так всё, хватит! — решительно прерываю этот полёт фантазии. — Я поняла, поняла. Забыли про возраст.
— Ну, вот и отличненько! — Марина Васильевна хлопает в ладоши, радуясь как ребёнок.
— Марина Васильевна… — начинаю устало. Меня прерывает писк домофона.
Пока хозяйка дома открывает дверь, иду к раковине, чтобы поставить туда грязную чашку и заодно сполоснуть руки.
Звуки голосов в прихожей заставляют меня насторожиться. Мне кажется, или это…
Серёжа!
— Привет! — Алёхин заходит на кухню, принося за собой свежесть морозного зимнего дня. В руках у него картонная коробка.
После того Рождества у Литвиновых мы виделись с ним пару раз в общей сложности. В первый — случайно столкнулись в торговом центре. Я была с коллегой, поэтому с Серёжей мы обменялись лишь стандартными вежливыми приветствиями. Во второй раз мы ненадолго пересеклись на праздновании годовщины свадьбы у Литвиновых. Серёжа пришёл тогда поздно, я — наоборот, ушла рано.
Ещё он добавился ко мне в друзья в соцсетях. На этом, пожалуй, всё.
Марина Васильевна показывает, где оставить коробку. Затем наливает Серёже чаю. Он присаживается за стол. Мне не остаётся ничего, кроме как присесть рядом.
Они перекидываются парой ничего не значащих фраз, после чего мама Серёжи вкрадчиво интересуется:
— Как работа? — сразу понимаю, к чему она ведёт. Внутренне сжимаюсь в струну.
— Все хорошо, — односложно и очень по-мужски изрекает Алёхин.
Марина Васильевна идёт ва-банк:
— А как у Руслана дела? — спрашивает будто невзначай.
Вздрагиваю. Ну, зачеееем?
— Нормально, — отвечает ни о чём не подозревающий Серёжа.
— Ммм, — многозначительно. — У него есть кто-нибудь?
В ответ на непонимающий взгляд сына поясняет:
— Девушка, я имею в виду. Женщина?
— Нет вроде. Почему ты спрашиваешь? — хмурится Серёжа.
Марина Васильевна тотчас расплывается в улыбке «чеширского кота». Кручу головой из стороны в сторону, пытаясь сигнализировать ей за спиной Алёхина: «Нет. Не надо!»
— Он свободен. Наша Иришка — тоже. И я подумала…
Алёхин ошалело переводит взгляд с меня на неё. Решаю покончить с этим цирком.
— А знаете, Марина Васильевна. На самом деле, мне уже пора. И вообще. Я просто не хотела это афишировать. Чтобы не сглазить, понимаете? Но на самом деле, я кое с кем… общаюсь. Довольно близко общаюсь, понимаете? И в любой момент это может перерасти в нечто большее.