Он все ещё хмурится, но я улавливаю, как дёргается уголок его губы.
Вытаскиваю бокал из его напряжённых пальцев. Сделав глоток, отставляю в сторону, на подлокотник.
Толкаю в грудь. Серёжа падает в подушки, разложенные на диване, слегка раскинув руки.
Я тут же забираюсь сверху.
Моё домашнее платье-майка, в которое я переоделась, пока он возился на кухне, высоко задирается на бёдрах.
Чувствую, как напрягается его пресс, когда я продолжаю совершать на нём круговые движения тазом в такт звучащей мелодии.
Кладу его правую ладонь на своё оголённое бедро слева. Левую — на правое.
Его пальцы сжимаются на моей коже, делая мне немного больно. Внизу живота взрывается небольшой, но чувствительный спазм.
Кадык на Серёжиной шее дёргается.
Я медленно тянусь за оставленным на подлокотнике дивана бокалом. Моя грудь в вырезе майки колышется, задевая его плечо.
Чувствую, как сокращаются его мышцы.
Отпив немного вина, не глотаю, оставляя во рту. Приблизившись к лицу Алёхина, задерживаюсь на несколько секунд.
Он тяжело дышит.
Вливаю вино между его полураскрытых губ. Капля проливается мимо наших ртов, стекая мне на подбородок.
Не отрывая взгляда от Серёжиного лица, наощупь собираю пролитое вино. Медленно, словно смакуя, облизываю палец.
Это становится спусковым крючком.
Серёжа делает резкий рывок ко мне. Обхватив ладонями мои полуобнажённые ягодицы, притягивает к себе, одновременно толкаясь бёдрами.
Меня пронзает насквозь ощущение дикого, нереального возбуждения.
Оскалившись хищно, он делает ещё один резкий толчок.
Я обмякаю в его руках. Словно покоряюсь сквозящей в его простых незамысловатых движениях древней силе.
Переместив одну руку мне на шею, Серёжа тянет меня на себя. Агрессивно, и даже зло, целует.
Это не тот нежный поцелуй случившийся между нами ранее в свете подъездного фонаря. Это чистой воды овладение. Завоевание, подчинение.
Открываю рот шире, впуская внутрь его жадный язык.
Руки Алёхина шарят по моему телу, стискивая попеременно в разных местах. Грудь становится гиперчувствительной, откликаясь на его касания.
Закидываю руки ему на плечи, позволяя вырваться наружу так долго сдерживаемому напряжению.
Остановившись ненадолго, Серёжа пристально смотрит в мои глаза.
— Больше некуда бежать… — шепчет.
Я и не собираюсь. Жарко целую его, одновременно спуская лямки платья со своих плеч.
Глава 28
Никого, кроме нас
Моё дыхание срывается.
Кладу руки ему на плечи. Веду ладонями вниз, оглаживая выпуклые грудные мышцы, твёрдый живот. Ещё ниже.
Отчётливо ощущаю, что там уже тоже всё… твёрдое.
Сгорая от нетерпения, тяну пуловер на себя. Приподнявшись, Серёжа чисто мужским движением, цепляя сзади, снимает неугодный мне предмет одежды.
Мои глаза сейчас отчётливо напоминают глаза персонажа из одного известного фильма. Так и хочется простонать в голос: «Моя прелееесть…»
Без одежды это выглядит в миллион раз лучше! Глажу мускулистый торс Алёхина жадно, раскрытыми ладонями, словно не в состоянии поверить, что это всё моё.
Его напряжённые мышцы сокращаются под моими алчными пальцами. Медленно, соблазняющим движением, веду вдоль тёмной полоски волос вниз, к ремню.
Дёргаю пряжку резко.
Серёжа смеётся:
— Подожди…
Помогает мне расстегнуть брюки. Выпирающий бугор на них красноречиво намекает, что меня там уже ждут.
Ещё несколько секунд смотрю ему в глаза, прежде чем запустить руку в бельё.
Серёжа прикрывает веки, слегка запрокидывая голову назад.
Я обхватываю пальцами его каменный член настолько плотно, насколько позволяет неудобная поза.
Припадаю полураскрытыми губами к шее. Тяжело дыша, двигаюсь по направлению к уху. Языком ласкаю мочку.
Горячий член дёргается в моей руке. Серёжа стонет нетерпеливо.
Приподняв голову, ловит моё лицо.
Вновь целует в губы. Медленно, эротично. Его язык проникает в самые потаённые уголки моего рта.
Лёгким нажатием заставляет меня убрать руку, которая всё ещё находится в его штанах. Мычу недовольно.
Приподняв бёдра, он стаскивает с себя брюки вместе с нижним бельём. Член отпрыгивает, пружиня, ему на живот.
Тут же тяну руку на место, туда, где ей положено быть.
Он шепчет мне в губы:
— Притормози, притормози. Я так долго не выдержу.
Обхватывает ладонями мою, изнывающую в ожидании его прикосновений, грудь. Массирует недолго, затем припадает к ней губами, сводя оба полушария вместе.