— Я снимаю у Вас квартиру на Сахарова, — поясняю.
— А… да, да. Здравствуйте…
— Ирина, — подсказываю ему. Он явно не запомнил моё имя.
— Михаил, я по поводу оплаты. Дело в том, что в номере карты ошибка…
— По поводу оплаты? — он недоумевает. — Какой оплаты?
— Ну как. За аренду. Я знаю, что не плачу уже месяц. Понимаете, я…
— Вы что-то путаете, девушка. Сахарова, 13–23? Вы по этому адресу сейчас звоните?
— Да, 13–23. Всё верно. Я…
— Всё оплачено на год вперёд. Это было условием заключения договора.
Молчу, шокированная. В смысле, оплачено? Михаил что-то ещё говорит в трубку, пока я тщетно пытаюсь разобраться в своих спутанных мыслях.
— Но я не платила.
Он хмыкает:
— Значит, кто-то другой заплатил. Радуйтесь.
Положив трубку, несколько минут втыкаю, уставившись в пространство перед собой.
А-фи-геть. Какого хрена!? Ну, я тебе устрою! Выискался тут благодетель. Неужели эти его шуточки и намёки — неспроста!?
Наскоро собравшись, еду к Руслану. Звоню в домофон у ворот. Он отвечает не сразу. Голос хриплый — явно спросонья. Или с похмелья!
— Открывай, — шиплю в трубку, не утруждая себя приветствиями.
— Злючка, какого хрена? Ни свет ни заря.
На минуточку, сейчас полпервого дня!
Встречает меня на пороге, помятый и всклокоченный, в одних трусах. По виду — только что встал с постели.
Без промедления перехожу к делу:
— Зачем ты это сделал?
— Чегоо? — стонет, потирая висок. — Ты чё такая злая с утра? — развернувшись ко мне спиной, уходит куда-то, на ходу поправляя резинку трусов.
Стягиваю кеды, не развязывая шнурков. Как есть, в накинутой на плечи джинсовке, иду за ним.
Нахожу его на кухне. Он ставит небольшую, бронзового цвета турку на плиту, наполняя её водой из стеклянного кувшина.
— Кофе будешь? — спрашивает сонно. — Или ты не употребляешь?
Не удостаиваю его вопрос ответом. Агрессивно-истерично, не в состоянии контролировать себя, цежу:
— Зачем ты оплатил аренду!? Я разве просила⁇
Он замирает, не донеся мерную ложку с кофе до турки.
— Как вы зае*али, кто бы знал.
— Чегоо? Руслан!
Обернувшись ко мне, повышает голос:
— Ты можешь так не орать с утра? Подумаешь, заплатили за неё. Вместо того, чтобы приходить и устраивать истерику… Радуйся!
— Радоваться!? — я уже кричу. Слова Руслана срывают последние тормоза. — Я разве просила делать это⁇ Ты влез в мои дела, не спросив разрешения. Ты мне муж или кто? Чтобы делать такое…
Руслан с силой брякает чашку о столешницу. Я глубоко дышу, стараясь успокоиться. Все эти нервы и крики — ни к чему. Это может повредить малышу.
— Ладно, — говорю нарочито медленно. — Просто скажи, сколько я тебе должна. Всю сумму я, конечно, сразу не отдам. Но постепенно…
— Зае*али!! — орёт на меня, резко развернувшись. — Цирк какой-то. Звони своему ненаглядному, и сами с ним разбирайтесь. Е*итесь как хотите. А я — всё! — поднимает ладонь в воздух, растопыривая пальцы. — На хрен!
— Ч-что? — мой голос просаживается.
Руслан трёт переносицу устало. Говорит уже спокойнее, но с долей некоторого напряжения в голосе:
— Звони Серому, и разбирайтесь сами. Я умываю руки, — красноречиво жестикулирует. — Хватит с меня.
Воцарившееся на кухне молчание оглушает.
— Полчашечки, пожалуй, не повредит. Только не крепкий, — бормочу, присаживаясь за стол.
Руслан, тяжело вздохнув, достаёт вторую чашку из посудного шкафа.
— Сахар надо?
Заторможенно качаю головой.
Решение поехать к Алёхину даётся мне нелегко. Но выхода нет. Он поставил меня в сложную, жутко неудобную ситуацию. Уж лучше бы это был Руслан! С ним бы я разобралась как-нибудь.
Я делаю это на следующий день. Думаю, в воскресенье у меня есть неплохой шанс застать его дома.
Дверь в подъезд открывается словно по волшебству. Стоит мне к ней подойти, как оттуда выходит мальчишка лет двенадцати. На поводке у него коротколапый бело-коричневый джек.
— Дэни. Дэни, стой!
Малыш прыгает вокруг меня, цепляя колготки, пока хозяин безуспешно пытается его притормозить.
Присев на корточки, глажу короткую шёрстку, сознательно оттягивая момент, когда мне придётся подняться наверх.
Заготовленный конверт с деньгами жжёт ребро. Может просто оставить его в почтовом ящике? Приходит в голову гениальная до безобразия мысль. Ведь тогда не нужно будет с ним разговаривать…
— Привет.
Спокойный голос Алёхина раздаётся над головой, заставляя меня вздрогнуть. Поднимаюсь на ноги, одновременно переводя взгляд с носков его белых найков на свободные штаны и выше. На плече — спортивная сумка, похоже он был в зале.