В тот день, когда пошевелился малыш, одна из множества запертых дверей между мной и Серёжей как будто открылась, выпуская наружу свет. Радость от осознания того, что ребёнок двигается внутри моего живота, заставила померкнуть злость и возмущение, которые переполняли меня.
Многие вещи, которые казались мне раньше чрезвычайно важными, многие разногласия, которые ощущались непримиримыми, теперь потеряли свою значимость. Всё это стало неважным. С наступлением беременности меня как будто наполнило некое умиротворение.
Быстро пролистываю карусель из опубликованных Русланом фото. Похоже это реклама того караоке-бара, о котором он мне говорил пару месяцев назад. Судя по всему, место пользуется спросом. Фото гостей, сплошь красивые девчонки и парни.
О. Алёхин… Стоит, приобнимая за талию миловидную девушку в мерцающем синем платье. Её полные, чувственные губы накрашены красным.
На фото отметка. Чуть замешкавшись, перехожу по ссылке. Пока страничка раздражающе медленно грузится, размышляю, зачем мне это вообще?!
Пробегаю глазами шапку профиля. Её зовут Амалия. Судя по всему, она начинающая исполнительница. Последний пост на её страничке также посвящён Айриш-Бару. Кросс-промоушн в действии. В подписи под тем же самым фото с Алёхиным Амалия благодарит бар, на вечеринке которого была приглашённой певицей, за предоставленную возможность исполнить песни из своего нового альбома. Миленько…
Внутри у меня что-то ёкает. И это «что-то» очень похоже на ревность. Н-да, Ирин… До полного просветления тебе ещё как до Китая пешком.
Возвращаюсь обратно на страничку Руслана. Гипнотизирую взглядом злополучное фото. Вздохнув, ставлю лайк. Надо быть выше этого.
Руслан реагирует почти мгновенно. Видимо, был в сети.
«Привет, злючка. Моё предложение всё ещё в силе. Лучший микрофон ждёт тебя:-)»
Поколебавшись, стоит ли отвечать, пишу ему:
«Привет, Руслан. Я бы с удовольствием. Но, к сожалению, нет».
«Почему???»
Вот неуёмный!
«Ну, как минимум, я беременна».
«Кому и когда это мешало?»
«У вас там слишком громко. И к тому же накурено».
«Ууууу…»
Шлёт следом:
«Я попрошу сделать потише:)»
Закатываю глаза. Спохватившись, вытягиваю градусник. 37 и 8…
Твою мать, всё-таки оно. Лихорадочно перебираю в голове список разрешённых препаратов. Кажется, после тридцати восьми можно парацетамол!?
Телефон вибрирует, напоминая о своём существовании. Кидаю в диалог с Русланом короткое:
«Я простудилась. Болею».
Он отвечает нейтральным и стандартно вежливым:
«Что-нибудь нужно?»
Мысленно прикидываю возможные варианты.
«Нет, у меня всё есть. Спасибо».
Почему-то мне не хочется ничего просить у Руслана или быть обязанной ему каким-либо образом. Рассудив резонно, что Святой Ирины на сегодня достаточно, решаю позволить себе эту маленькую слабость.
«Выздоравливай, злючка:)».
Тащусь на кухню, чтобы проверить аптечку. Парацетамол… Вытаскиваю блистер из картонной коробки. Осталась одна таблетка. Так, что тут ещё… Ромашка с истекшим сроком годности. Х-м. Надо будет всё-таки сходить в аптеку. Немного позже. Голова просто раскалывается, я отчётливо ощутила это, приняв вертикальное положение.
Окончательно решив, что никуда не поеду вечером, набираю номер Алёны. Сегодня у Лёши день рождения. Они собираются узким семейным кругом, в который я тоже вхожу.
Узнав, что меня не будет, подруга ожидаемо расстраивается. Когда я говорю, что валяюсь с температурой, в её голосе звучит настоящее беспокойство.
— Я сейчас приеду.
— Ещё чего! — возмущаюсь. — Даже не думай. У тебя у мужа день рождения. И маленький ребёнок к тому же!
— Я ненадолго. Хотя бы в аптеку схожу.
— Я сама схожу! Тут недалеко. Это всего лишь небольшая температура. Думаю, уже завтра я буду огурцом.
— Такие вирусы ходят…
— Я не пойму, это ты меня успокаиваешь что ли?
— Извини. Просто я волнуюсь. Пообещай, что если тебе станет хуже, ты сразу же позвонишь. Или вызовешь скорую!
— Курочка моя тревожная, со мной всё будет в порядке. Вот увидишь, — успокаивающе шепчу в трубку.
Распластавшись на кровати звездой, пялюсь в потолок. Надо встать и сходить за парацетамолом на кухню. Только полежу маленько. Ещё минуточку…
Будит меня истерично повторяющийся звонок в дверь. Медленно открываю глаза, не сразу понимая, что происходит.
Я лежу, плотно закутавшись в пуховое одеяло. Трель звонка буквально всверливается в мой гудящий мозг. Господи, выключите это кто-нибудь…
Голова кружится, когда я встаю, чтобы открыть дверь. Буквально ползу в прихожую, на ходу одёргивая одежду. Тонкая ткань пижамы влажно липнет к телу.