На сей раз на «разбор полетов» пожаловал сам коммандер Веселинов.
– Как тебе вообще в голову пришла такая идея?
– Ну-у… прынц-то, вроде как был не женат? Значит, потенциальная добыча для молодых девчонок. И они на ближайшей аристократической тусовке обязательно его должны были облепить, в смысле подойти максимально близко. Так что нам была нужна одна из местных «охотниц» на почти коронованную особу. Причем не сама она, чтоб объект не смог «считать» вблизи ее намерения, а кто-то из ее близких родственников. Семейка Штрауб-Грай-Кардиф вписывалась в нашу задумку идеально. Там такая цепкая мамаша с двумя дочками на выданье от двух браков, что самим и делать-то особо ничего не пришлось. Маг ее информацией о Нюхаче порадовала, и мы через местных обалдуев Хэма ей как якобы Нюхача предъявили. А уж для Банни с Оттом нужную отраву сварить – как два байта об асфальт. Вот одна из девчонок и пошла на карнавал в соответствующем облаке парфюма. Так что все оказалось просто.
– Просто, н-да… Сколько там народу после этого казнили? Двенадцать, кажется?
Это он что сейчас, мне на совесть пытается надавить? После того как сам заслал нас на убийство принца. Или на что-то спровоцировать? Не ведёмся, улыбаемся, делаем мордашку «их бин блондинка» и хлопаем глазами.
– Зато наши при исполнении не пострадали. Никто.
Следующее задание проходило на З-98-бис под кодовым названием «шантаж». Ох, и проблемный же «лепесточек», отягощенный не самой приятной разновидностью магии. Локация, что крайне редко встречается была двойная. Сама З-98-а имела «проход», что ли в тупиковую локацию З-98-б, где водились… водилось… а черт его знает, что там водилось. Кошмар какой-то там водился зубасто-клыкастый, периодически так и норовивший вырваться и поохотиться в З-98-а. Местные называли их тварями Тьмы, и судя по частоте их набегов, рано или поздно они бы и всю З-98-а пожрали.
Сидеть в отведенной мне комнате и пялиться на дождь за окошком – это все, что мне оставалось. Похоже, мое унылое настроение передалось даже погоде – такой же слякотной, холодной и беспросветной. Да и какие могут быть просветы при моей-то ситуации? Сиди, вещь, тихо. Даже книг или рукоделия не положено. Интересно, как скоро я взвою от тоски, – меланхолично прикинула я. – День, два? Пять? Сколько еще продлится это никчемушное существование? Меня, знаете ли, сроки поджимают. И не только меня. Но тут не иначе как небеса сжалились надо мной. В дверь задолбились (ибо простым стуком такой грохот назвать нельзя) не иначе как кувалдой, и зычный голос охранника проорал:
– Мефрау Аника Янсинг!
Ух, ты, какая честь! Сама сестричка хозяина замка пожаловала к несговорчивой зверушке. Не иначе мозги вправлять будет, дурища знатная. Ну, или попытается это сделать. Даже с места не сдвинусь, не говоря уже о том, чтоб вставать ради нее – много чести.
Мефрау Аника вплыла величаво как каравелла, что при ее габаритах выглядело как минимум смешно, как максимум – нелепо. Семнадцатилетняя пигалица в кринолине была и впрямь похожа на ростовую куклу, особенно если сделать скидку на уморительно-серьёзное выражение пухлощекого личика. Давай, юная мефрау, порази меня своими умениями убеждать!
– Мефрау Кьеман, – начала она подчеркнуто низким голосом, но тут же сбилась на стандартный писк. – Я вынуждена напомнить Вам о необходимости соблюдать существующие договоренности!
– Мефрау Янсинг, мне непонятны Ваши претензии, поскольку я никаких договоров ни с кем не заключала.
Меня сюда насильно привезли, если ты помнишь, забыв поинтересоваться моим мнением. И предлагать сесть я тебе не буду, постой так, помучайся.