— Можно я поцелую тебя? — неожиданно спрашивает.
До этого так набрасывался, без спроса. А сейчас спрашивает. Так забавно.
Я слегка улыбаюсь и киваю. Сама облизываю губы.
Никита наклоняется. Очень медленно. Не сводя с меня взгляда. Замирает, когда между нами остаются какие-то миллиметры. И вот уже его дыхание обжигает меня.
— Ксюша, — шепчет тихо-тихо одними губами и, наконец, касается моих губ.
А я жду этого касания. Жду! Стыдно в этом признаваться, но мне нравится.
Никита нежно целует меня своими теплыми мягкими губами.
Сегодня первый раз, когда я целуюсь с мальчиком. И это так… Так волшебно. Мне нравится, как целуется Никита. Он ласково проводит языком по моим губам, слегка втягивает их, скребет зубами.
И я закрываю глаза.
Никита сгибает руку в локте и почти касается моей груди своей грудью. Я задерживаю дыхание. Боюсь вздохнуть, чтобы не коснуться его.
— Не бойся, Ксюша, — шепчет он мне в губы. — Я не сделаю того, что ты не захочешь. Обещаю. Доверься мне.
— У меня раньше… — я открываю глаза и доверчиво смотрю на него. Мне хочется признаться ему. — У меня не было никогда…
И опять зажмуриваюсь и в смущении отворачиваюсь.
— Я знаю, — улыбается Никита. — Знаю.
— Откуда? — тут же выпаливаю я.
— Ну, догадываюсь, — усмехается он.
— А у тебя? У тебя было? — только сказав, начинаю ругать себя за такие вопросы. Дурочка!
— Ну, Ксюш, — улыбается Никита, — я пацан.
Прикусываю губу. Понятно.
— А пацаны, — продолжает Никита, — не хвастаются.
Подмигивает мне. Я улыбаюсь.
— Я могу сказать тебе только одно, — его взгляд сейчас блуждает по моему лицу. — Таких как ты не встречал я раньше.
Его рука опять оказывается у меня на животе. Пальцы проникают под майку.
— У тебя такая нежная кожа, — тихо произносит он и медленно проводит пальцами. — Не напрягайся, — говорит он, заметив, как я втягиваю живот в ответ на его прикосновения. — Я ничего делать не буду. Ты же мне веришь, Ксюша?
Я судорожно сглатываю и киваю. Несмело. Но не хочу обидеть Никиту.
И вот уже вся его теплая сильная ладонь оказывается у меня на животе. Нежно гладит. Большой палец упирается в пупок и обводит его по кругу.
— Ксюша, — Никита опять наклоняется и целует меня. Теперь в шею.
Чувствую, как его рука идет выше. И мурашки свои чувствую. И что контроль теряю. Еще немного и…
— Нет, Никита! — восклицаю я. — Нет.
32
Никита убирает свою руку у меня из-под майки.
— Прости, я понял, — извиняется и тут же встаёт, садится и отворачивается от меня. Я опускаю ладонь ему на плечо.
— Никит, — пытаюсь сказать ему, что всё хорошо. Вижу же, что расстроился. Вот вроде показывает, что всё в норме, но теперь строит из себя обиженного пацана. — А знаешь что!
Он поворачивается. Смотрит на меня карими глазами. Недоволен, да.
— Я хочу искупаться, — выпаливаю. Сколько я уже не купалась? День? Мне неприятно так лежать, особенно наедине с мальчиком. — Есть у тебя варианты?
Никита вмиг оживает. Вижу по хитрым и блеснувшим в свете глазам.
— Речка.
Опять эта речка!
— А мы не заболеем? — уточняю. Я уже целую неделю так провалялась. Не работала. А всё из-за реки.
Вот блин. Я ведь и сейчас от работы отлыниваю. Вот тебе и приехала… Исправляться. В итоге неосознанно нарушаю правила лагеря вместе с Ковалёвым.
— Можем сейчас пойти. Пока светло и вода тёплая, — проговаривает. А я задумываюсь. Надо бы. А то если не сделаю этого — скоро затухну.
Привстаю, поддерживаю одеяло.
— Пошли, — соглашаюсь. — Но есть одна проблемка.
Я смотрю на ногу. Не знаю. Смогу ли встать? Ну, шевелить не так уж и больно. Или привыкла к боли уже?
— Проблемка? — хмыкает Никита. Встаёт, выпрямляется и тут же подхватывает меня на руки. Одеяло скользит вниз, на кровать. Я взвизгиваю, хватаюсь за простынь пальцами, поскольку та легче и прикрываю трусики.
— Да что я там не видел?
От одной фразы у меня горят уши.
— Отстань, — насупившись, отворачиваюсь. Ковалёв смеётся, а мне не до смеха. Поэтому скрещиваю руки на груди и под испытывающими пальцами, что держат меня за ноги, выхожу из домика. Не сама, конечно. На руках.
Речка находится недалеко. Доходим быстро.
Никита ставит меня на ноги. Я немного стою самостоятельно. Делаю шаг вперёд. Ну, не так сильно болит. Прихрамываю, но ничего.
— Нормально? — слышится вопрос рядом.
— Терпимо, — киваю. Смотрю на голубую воду и вдыхаю чистый и речной воздух. Как же тут легко и свободно… Только, блин. — У меня ж купальника нет.