- Погодь, енто ковды успела-то? Феечка ишо ж на зорьке в довольстве былась. Развеча такось могёть быть?
- Может, оказывается. Как раз с утра все и началось: решила себе пробежку устроить и оказалась в этом Мире - прямо из нашего леса умудрилась проскочить. А здесь… у меня на руках человек чуть не погиб, стреляли в него. Я пыталась спасти, но он все равно умер.
- Ох, ёсь-куйдень!!! Так-ить тапереча Феечке надость не думылки гоняти, а домой стремглав вертатися! А тамака нехай пуп-бугор сховаеть Феечку подале от злобыней-убивицев, авось тады и-й не отыщуть!
- Не придумывай. Никакие убийцы меня не ищут – это, во-первых, а, во-вторых, если уйду - подведу важного для меня человека. Да и не привыкла я прятаться. Так что теперь одна надежда на тебя: выручай, Ульгось, хозяйку свою невезучую – тащи сюда мой рюкзак, он мне сейчас очень нужен.
- Ой-бой, велёсы-колёсы загривныя! Лады́, убалабонила, горемычныя моя, токма посвистать не запамятовай, - лешак развернулся и исчез в стене.
Пока мохнатый гонец спешно добывал рюкзак, я упаковала информацию о трагическом происшествии в инфосенс. Подумав немного, сделала на всякий случай копию Вэйру и снова наполовину высунулась с другой стороны стены, выпуская лиловые шары в… реабилитационном боксе клиники при нашей Вышке! В единственной находящейся здесь коррекционной капсуле лежал в беспамятстве Эней под воздействием исцеляющего и восстанавливающего разрушенные волокна нейросети заклинания.
Первым порывом было немедленно вышагнуть из портала, подойти к близнецу и лично убедиться, что с ним все в порядке. Сердце болезненно кольнуло от воспоминания о его развороченной грудной клетке. Я прислушалась: дыхание мага было размеренным и спокойным. Все говорило о том, что он в норме.
Что за странности? Кто таким нечестным способом вздумал меня проверять? Тряхнув шевелюрой, я решительно попятилась назад, покидая портал с мыслями, что на столь откровенные провокации выдернуть меня с Земли обратно, поддаваться, пожалуй, не стоит. Подозрительным показалось и то, что за небольшой промежуток времени я попала в совершенно разные по содержанию и обстоятельствам места.
В том, что это игры бессознательного я почти не сомневалась, ведь намеренно не думала и не визуализировала, где мне нужно появиться. Но если «окно» в лес объяснить было можно, то появление в больничке у Энея… Неужели во мне настолько карябающей занозой застряло беспокойство о его состоянии? Конечно, защитный механизм любой психики способен запихивать все не прожитое экологично в глубокие «закрома» подкорки, но в моем случае иногда складывается впечатление, будто кто-то невидимый заинтересованно выковыривает это «не экологичное», чтобы лишний раз пощекотать мне нервы. Чудно́...
Выскочив из портала, будто мне наскипидарили одно место, я на всякий случай еще и отшагнула назад – подальше от стены. Расправляя смятую пижаму, с удивлением нащупала в кармане что-то твердое и вытащила… банковскую карту. На одной из сторон кусочка пластика была пришпилена тонкая бумажная полоска с кривым смайликом и пин-кодом. Ох уж, этот господин Ким! Скорее всего, подсунул ее в тот момент, когда шептал в ухо, что надеется на мое возвращение. Вот же! Решил таким образом избавить себя от лишних споров и объяснений со мной? Что ж, вынуждена признать: иметь здесь денежные средства точно не будет лишним. К примеру, почему бы не обзавестись нормальной одеждой? Не в больничной же пижаме щеголять по улицам? Да и есть хочется…
Приблизительно через полчаса бесцельного блуждания по дому, я вновь насвистела наш с Ульгосем условный знак, возвращая моего сердобольного помощника к себе. Рюкзак оказался у лешака за спиной. Выглядело это довольно забавно: при движении свисающий до пола мешок хлопал по его и без того отшибленной заднице. Зато не застрял в портале, как в прошлый раз.
- Благодарю, ты настоящий друг, – забирая ношу, я тепло потрепала Ульгося за щеку. Он скромно потупил взор, и, прокхекав в кулачок, негромко выдал:
- Кажись, моя шибко желаеть тутака остатися. Телосхоронятелем Феечки.
- Нет. Возвращайся. Если будет нужно, я снова тебя позову.