Мужчина, завершив эфир, снял наушники, выключил комп и ушел из помещения, поправляя зажеванные задницей штаны. Вернувшись через несколько минут с подушкой и пледом, улегся не раздеваясь на видавший виды, продавленный диван, стоящий тут же возле рабочего стола. И почти сразу с противным присвистом захрапел.
Дождавшись, пока периодически куксящийся и причмокивающий дядечка погрузится в фазу глубокого сна, я просканировала память спящего. Потраченные время и энергия принесли лишь разочарование. Мои старания успехом не увенчались. В воспоминаниях неудавшегося шпиона по интересующему меня вопросу всплыл одинокий образ совершенно незнакомого мне человека и все! Тупиком закончился не только переулок, но и моя отчаянная попытка понять, кому я так понадобилась. Оставался только один вариант узнать ответ - найти Ли ЁнХэ.
Система безопасности истошно заверещала «Резерв требует немедленного пополнения» Не единожды убедившись на личном опыте, что игнорировать собственную безопасность чревато малоприятными последствиями, я не стала спорить со спецначинкой организма. Выбора, куда податься бедной иномирянке, особо не было: я выстроила портал к Тэхёну, истратив на перемещение часть НЗ. Поэтому, как бы ни хотелось сию секунду забраться под бок к видящему, наверное, уже десятый сон Тэ, сначала я устроила диверсию с силовыми кабелями в электросчетчиках. К моему сожалению, а, может, к счастью, от идеальной пустоты в местном холодильнике мышь не только повесилась, но еще раз десять закопала себя под забором и напоследок для пущей убедительности утопилась в унитазе!
В спальне почти беззвучно работал кондиционер. Тэхён спал по диагонали, спинав одеяло в ноги. Подушка из-под головы перекочевала в его тесные объятия. Полюбовавшись на умильную картину, я развернула парня с помощью заклинания так, чтобы можно было пристроиться хотя бы с краю. Поправила одеяло и шмыгнула под него, стараясь не потревожить чужой сон. И только одного не учла: мои любвеобильные волосы тут же потянулись к щекам и носу Тэ, чтобы по-хозяйски проверить и удовлетворенно присвоить все, к чему «приложились», хотя команды «ату его!» я не давала.
Парень хаотично отмахнулся от наглых оккупантов и, натирая нос тыльной стороной ладони, начал сквозь сон что-то недовольно бормотать. Затем повернулся в мою сторону и, отбросив подушку, притянул вместо нее меня, крепко прижав к себе и закинув на мое бедро ногу. Да он, никак, меня с Хёком перепутал? У них, что же, общепринятое правило так спать? Уткнувшись носом в мою шею, Тэ пробубнил: «Пахнешь моей Феечкой…» и втянул носом воздух вместе с волосами. От его «пч-чхаа» у меня чуть не заложило перепонки! Парень сонно разомкнул веки, невидяще глядя на меня из-под ресниц, и опять пробурчал что-то невнятное.
- Рано еще. Давай-ка, я тебя присплю, – и легонько похлопывая, начала намуркивать «хрустальную» колыбельную, которую мне когда-то в детстве пел Эол.
Тэхё было попытался приподняться на локте, но безвольно рухнул, закрывая глаза и шепча скороговоркой:
- Ты мне снишься, да? Как хорошо…
- Шш… спи, копушонок, - я с нежностью притянула его к себе, уже сама удобно обнимая, едва касаясь, чмокнула в нос и подложила под лохматую голову другую подушку, – иначе завтра плохо выспишься и целый день будешь свои танцы выклевывать носом.
Почувствовав, что Тэхён крепко заснул, я стала невидимой и дала команду внутреннему таймеру «разбудить» через два часа. Этого времени при полной загрузке энергетического резерва вполне должно хватить на полноценный отдых и восстановление тела. Я могла бы сейчас уйти спать в любую из спален, чтобы не рисковать. Их в этих хоромах было даже не две. Но отказать себе в удовольствии касаться Тэ, слышать его ровное глубокое дыхание, ощущать обволакивающее тепло всей кожей оказалось выше моих взывающих к разуму сил.
…Лёжа на животе, отвернув от меня голову, Тэ тихо сопел в подушку. Оно и к лучшему. Я осторожно выбралась из-под одеяла, собираясь покинуть моего… кого? Моего ли? Имела ли я право назвать Тэ своим? В груди ёкнуло, полыхнуло болью и жаром расползлось по телу. И как меня угораздило намертво влипнуть в этого парня, словно пчела в мед, без малейшего шанса выбраться? Обостренные чувства, сопровождающие внезапно рухнувшую на мою бедовую голову влюбленность, немилосердно жгли душу, переворачивая в ней все с ног на голову.