- Это чё? Бухло, что ли, с галлюциногенами было? – глаза хозяйки, наконец, разлепились, и она, гипнотизируя кейс, ошалело пробормотала: – Та-ак… Миражи по сушняку – жестоко! Надо завязывать, пока нечисть с шабашем на наше место силы не набежала!
Не обращая внимания на пораженно зависшуюдевицу, я, кряхтя, села, потянулась к упаковке и, добыв воду, с жадностью начала пить, звучно сглатывая.
- Чё, так можно, что ли? Она реальная? Не мираж? – с раскрытым от удивления ртом Мизуки с опаской вытянула бутылку, сморгнув потерявшим линзу глазом, и жадно забулькала следом.
В этот, можно сказать, самый исцеляющий момент похмельного утра дверь, в которую еще недавно лишь робко стучали, с шумом распахнулась, брякая об косяк. Схватившись за вздернутую болью голову, я тут же исчезла из вида, на автопилоте произнося заклинание мимикрии. В спальню бесцеремонно вторглась злая как фурия дама неопределенного возраста, окутанная едва заметным грязно-коричневым маревом вокруг головы и верхней части тела. Женщина была просто кукольно красивой, но от нее разило таким снобизмом и высокомерием, будто из конюшни навозом!
- Ми Сук, ты чудовище! Совсем с катушек слетела?! Сейчас же скажу отцу, чтобы он раз и навсегда заблокировал все твои карты! В психушку снова хочешь загреметь? Я быстро тебе это устрою!
- Кто тебе разрешил без стука врываться в мою комнату? Пошла отсюда! Нормальные люди сначала доброго утра желают, а не орут с порога!
- Нормальные только с нормальными так разговаривают! А ты к ним изначально не относишься, шалава!
- От шалавы слышу! Выйди вон! Можешь жаловаться отцу, сколько твоей душе угодно!
- Ты откровенно портишь мне жизнь! Я тебя предупредила… - женщина развернулась и вышла, вколачивая каблуки в пол, хлопнув напоследок дверью. А я стала видимой.
Мизуки мелко потряхивало. Она закрыла глаза и пыталась глубоко дышать, чтобы успокоиться, но безрезультатно.
- У вас с ней всегда так? – я отчасти понимала мачеху, не сомневаясь, что это была именно она, но сейчас меня больше заботило состояние девушки, у которой, судя по всему, назревала истерика.
- Да с самого начала! Как только она в этом доме появилась! Она даже не пыталась наладить со мной контакт! Никогда! Ей просто этого не было нужно, понимаешь?! Только деньги отца и его статус чеболя!
Я направила к дрожащей от негодования Мизуки поток энергии, снимающей спазм и гармонизирующей ее эмоции. Привести в здоровое состояние организм девушки пока не представлялось возможным. Сейчас нужно было дать ей выговориться. По моим ощущениям даже такой малости в связи с клеймом городской сумасшедшей у нее никогда не было. Душевная травма Мизуки, словно черная дыра, постоянно втягивала в себя весь негатив, направленный в ее адрес от близкого окружения и внешних обстоятельств. Возможно, поэтому ей так и не смогли помочь психологи.
- После аварии я года три не говорила. Сначала шок от травм и смерти мамы. А когда приведения начали донимать, можно сказать, от страха второй раз дар речи потеряла, столкнувшись с потусторонними кошмарами. Это сейчас я к ним, как фону, отношусь. А тогда… Немая как рыба объяснить ничего не могла, а своей детской писаниной только усугубила подозрения, что у меня не все в порядке с головой. Потом операции одна за другой начались, долгие реабилитации… Я из больниц не вылезала. Забыла, как дом родной выглядит. Отец после случившегося страдал очень. Переживал горе, как мог, выпивкой не в меру увлекся. Мне так хотелось его пожалеть, утешить хоть немного! Но все мои утешения тогда комом в глотке застревали - только гладила да обнимала, пытаясь бутылки прятать. Поначалу отец даже слишком меня опекал, старался уделять больше внимания. Видимо, все же какую-то вину за собой чувствовал. Правда, хватило его ненадолго. Говорят, они с мамой в тот злополучный день сильно поссорились. Хоть расследование и показало, что это был несчастный случай… Мама не справилась с управлением, выехав на встречку в сильный дождь. Но кое-кто с ТОЙ стороны нашептал, что авария была не случайной.
Пока Мизуки полусидя с прикрытыми глазами выговаривалась, я сняла состояние жуткого похмелья у себя и у нее. Избавилась от алкогольной интоксикации, а заодно привела в порядок внешний вид. Воспользовавшись розеткой над прикроватной тумбой, потихоньку пополнила энергетический резерв, продолжая при этом внимательно слушать и параллельно сканировать организм девушки, чтобы понять реальный масштаб бедствия.