- Я тоже рада тебя видеть сухой и трезвой.
- А это не одно и то же? Я бы поспорила на счет сухой после наших слюнявых обнимашек. А чё пессимиздим-то, будто не подвиг ветеринарный героинила, а намедни бухала со мной в колумбарии?
- Да тьфу на тебя! Придумаешь тоже…
- Тоже вредно плеваться куда попало - можно ненароком прогневить Духа Очкового Слюнометателя.
- Какого-такого метателя? – Мизуки сумела-таки меня переключить с мрачных мыслей на очередной перл своего лексикона.
- А ты не знаешь? Покрыватель... ай, нет, покровитель Кольца всея Баскетбола. Чтобы нам, супер баскетболистам, точно загнать в корзину трехочковый, надо задобрить Духа атакующего защитника, плюнув в глаз форварду противника, - Мизуки говорила эту ересь с совершенно серьезным лицом, – а потому бесцельный расход драгоценных слюней может еще как его разозлить! И знаешь, что тогда будет? – девчонка сделала «страшные» глаза и трагично просипела: - Он перестанет к тебе благо склонять, и ты на всю жизнь потеряешь меткость. А в самый драматично-ответственный момент не сможешь попасть в главную цель своей жизни - плюнуть врагу четко в глаз!
- Трындишь, как дышишь, сочиняя на ходу, – я развеселилась.
- Так оно ж того стоит? – Ми довольно клюнула носом в мою макушку. – Результат на лицо, моя худобёдрая кицунэ: вот ты уже и хохочешь, а только что рыдала безутешно, пытаясь коварством стребовать исполнения супружеского долга с ками Райдзина.
- Что ты лепишь? Какой супружеский долг?
- Ничё я не леплю! Кто тут только что целые ливни проливал, мол, зачинать без наличия крутого мужика, все равно что фригидной порнуху показывать? Это же надо из-за такой ерунды потоп устроить? Я краем уха слышала, Райдзин-сама даже обиделся – громом и молниями из себя вышел. Да что я? Все свидетели, как он разгрозился на всю округу: «Как это мужика крутого нет?! А я кто, по-твоему? Мерин в шинели?!»
Я обалдело вслушивалась в ее слова. Если убрать «кривую» лексику, суть разговора с Драконами Мизуки уловила почти дословно. Подслушивала?
- А теперь серьезно. Я только что заходила к Шторму. Скажи, ты у него была? – Ми взяла меня за руку и повела к дому.
- Что-то не так?
- Терпеть не могу, когда мне отвечают вопросом на вопрос, хотя сама этим грешу постоянно. Он не реагирует на громкие звуки. Вернее, он вообще теперь ни на что не реагирует, ведет себя совершенно спокойно, будто так и надо. Твоя работа?
- Моя. После того, как я закончила с лисятами, ушла к нему. Твой рассказ о Шторме запал в душу, я просто не могла не помочь. Ему понадобится некоторое время, чтобы полностью восстановиться, тогда с ним можно будет начать заниматься заново. Вам виднее, в чём он лучше сможет проявиться. А если уж совсем ничего не выйдет – будет, как Ханган, хорошим производителем. Он же чистокровный?
- Чистокровный. Ты сейчас примешь горячую ванну, хорошо поешь, и мы с тобой поговорим. Думаю, затягивать с разговором бессмысленно. Чувствую, что твой интерес ко мне ничуть не меньше, чем мой, и хочу знать, с какой целью ты в моей жизни появилась.
После плотного позднего обеда или, лучше сказать, раннего ужина, с любовью приготовленного для нас Хэной-сан, мы отправились с Мизуки на второй этаж в ее «апартаменты». Размер гостевой и спальни в одном флаконе был не самым большим в доме. Ми выбрала эту комнату, чтобы не стеснять в условиях семью Ёсида, тем более что теперь она оставалась здесь ночевать довольно редко, предпочитая возвращаться в город.
На тумбе возле широкого дивана стояла фотография Ми с ее мамой. Смешная глазастая девчонка радостно улыбалась, глядя на такую же улыбающуюся миниатюрную молодую женщину, держащую двумя руками дочкину ладошку.
- Снимок сделан за два месяца до аварии, - Мизуки уселась на диван и принялась копаться в телефоне, бубня под нос что-то невнятное. Совершенно неожиданно тихонько зазвучала песня Чонхёка. – Ты не против легкого музыкального фона моей любимой группы?
- Нет, конечно. Я тоже люблю музыку HBM, - я устроилась рядом с девчонкой, - и эта песня Чонхёка одна из моих любимых.
- А я ведь подозревала, что ты конкурентка! – Дылда, нарочно «злобно» сощурившись, подалась ко мне, цепляя пальцами подбородок. – Смотри мне в глаза! Быстро признавайся, что Чонхёк твой биас! Ну?!
- Чонхёк, конечно, красавчик, но МОЙ БИАС – ТЭХЁН, ясно тебе? Он самый ЛУЧШИЙ!