- Коллега Кегс, прошу, обследуйте особь на наличие сильного органа. Я подготовлю новую порцию сыворотки. А Вы, - клотец-колдун презрительно скривил тонкие губы, обращаясь к боевому магу, - не смейте ничего хватать из моих рук, угров солдафон!
- Да-да, полностью с Вами согласен, коллега Ардорг! – пожилой биохимик радостно закивал, поддерживая своего тощего соратника. - Солдафонам же думать не полагается: они чуть что – сразу швыряются своими взрывоопасными фитюльками, потому что ущербные мозги всегда однонаправлены, как глист.
- Глист, пожалуй, более продуманным будет, чем некоторые облаченные магической силой вояки, - сквозь зубы процедил довольный временным перемирием клотец. - Вот ведь, недаром говорят: сила есть – ума не надо! Вы, как всегда, правы, коллега!
Тоэс в голос застонал и… исчез. Успокоившиеся, наконец, ученые, удовлетворенные совместными нападками на «тупого» боевика, занялись своими прямыми обязанностями.
Биохимика Кегса привел в свое время Ллебор. Шериданец не имел магических способностей, но зато был высококвалифицированным спецом в своей области, и окончательно примкнул к заговорщикам после того, как из-за склочного характера его попросили покинуть пределы исследовательской лаборатории в Каролле.
По своему глубокому убеждению Кегс был ярым шовинистом, считавшим, что на Шеридане место только для шериданцев. Но дело было даже не в этом. Ученый всегда находил повод возненавидеть через некоторое время почти любого, попадавшего в его поле зрения. Его раздражало и угнетало абсолютно все без разбора.
Сначала слегка завуалированная мизантропия шериданца находила выражение в том, что он тайно, а иногда и не очень, стремился использовать в качестве подопытных в своих, мягко говоря, мало гуманных экспериментах ничего не подозревающих разумных с других планет Содружества. Кегса на этом ловили, но ему до поры до времени удавалось оправдаться. Однако поджиравший его изнутри негатив стал распространяться не только на гуманоидов-чужаков - он терпеть не мог и представителей собственной расы. Глобально. По совершенно банальной причине: ему казалось, что его ум, знания и опыт глубоко недооценены руководством лаборатории, которую, кстати говоря, возглавлял вовсе не шериданец.
Ученые, вместе с Кегсом занимавшиеся генетическими исследованиями для использования всевозможной органики в прикладных целях, порядком натерпевшись от склочного сотрудника, поставили перед начальством вопрос ребром: или он – или все остальные. Естественно эта «сине-зеленая гривастая ящерица встала на сторону ничего не понимающих в настоящей науке» коллег. И Кегс был вынужден уйти «на заслуженный отдых» в полном, по его мнению, расцвете умственных сил. Родной Шеридан больше не нуждался в чересчур «креативных» мозгах странного ученого, признающего только собственный авторитет.
Угрюмо нырнувший в свои воспоминания Кегс на автопилоте подготовил необходимые инструменты и начал обследовать организм подопытной особи, ни сном - ни духом не догадывающейся, что настал ее «звездный час послужить великим целям во имя науки и прогресса», ну, или чьего-то конкретного обогащения... Глядя на паукоподобное существо, биохимик брезгливо поморщился. Он совершенно не испытывал сочувствия или жалости к этому «расходнику», понимая какой конец ожидает находящийся в отключке экземпляр. Как говорится, ничего личного.
Тем временем коллега Кегса Ардорг еще раз проверил состав магической формулы зелья, вызывающего отвердевание органических тканей. Что-то самозабвенно нашептывая себе под нос, прикрыв бесцветные глаза веками без ресниц, он полностью сосредоточился на пузырящейся массе в небольшой склянке. Результаты эксперимента уже в который раз разочаровывали. Не хватало какой-то малости, чтобы биокристалл работал хотя бы не хуже природного, но найти и понять эту малость…
У Ардрога в силу его сварливого и подозрительного характера складывалось ощущение, что коллега Кегс специально ему чего-то не договаривает, сохраняя в секрете ту важную для него малость, которую «криворукий» шериданец смог узнать, разбирая на атомы и молекулы биохимический состав организма мсх-хи. Именно эта недостающая «деталь» и является ключом к идеальному действию эликсира на сердца насекомусов. Клотцу было из-за чего нервничать – глава мятежников уже был недоволен проволочками и грозился лично разобраться с ученым.
Старый колдун-алхимик с заговорщиками был почти с самого начала, присоединившись к ним вместе с другими клотцами из банды Ргрона – сына его брата, погибшего в разборках при захвате одной из шахт в Фа́льтовых горах. Стычки между хозяевами рудников по добыче востребованного в Содружестве тиматита происходили постоянно и были обычным делом. Дрогр Нррэ просто не успел вовремя убраться, хотя его предупреждали…