— Итак, возвращаемся в Болинас или нет? Кстати, погода отвратительная. — Лежа в постели, мы видели, что за окном снова клубился густой туман.
— Не вижу особого смысла, Крис. У меня на следующей неделе три съемки, а в пятницу приезжает Ричард, чтобы забрать Сэм. Давай останемся в городе.
— Ладно. — Он был на удивление сговорчив.
— Но я хочу остаться здесь, не на Сакраменто-стрит.
Там, где квартира Криса.
— Почему?
— На то есть причины. Не следует будоражить Сэм такими вещами, которые она точно выложит отцу. Я бы не хотела, чтобы она сказала ему, что мы бросили наш дом и переехали к тебе. В Болинасе все по-другому. А еще… Ладно, не важно. — То есть это было очень важно — для меня. Я не хотела жить там, где — как мне было наверняка известно — он уже переспал с сотней разных девиц, и с многими из них за последние три месяца. Даже в Болинасе мне все чудился кисловатый привкус. В городе, по крайней мере, я могла остаться у себя.
— По-моему, ты чокнутая. Но я согласен. Все равно у меня полно работы.
Итак, следующую неделю мы провели в городе, жили в моем доме и склеивали кусочки разбитой тарелки. Меня поразило, как это оказалось легко; впрочем, все благодаря Крису. На него невозможно было сердиться. Его очарование было неотразимо. И, самое главное, этого мужчину я любила.
В конце недели я снова собрала вещи Сэм, вытолкала Криса из нашего дома, и мы сели, поджидая Ричарда, отца Саманты. Он уже звонил мне и сообщил, что ему пришлось ехать по делам в Лос-Анджелес и в полдень, пятнадцатого июля, он прилетает в Сан-Франциско, чтобы забрать дочь. Это означало, что он появится в нашем доме часам к двум. Если Ричард что-нибудь обещал, это было всерьез. Неизменная пунктуальность моего бывшего мужа могла свести с ума.
Итак, наступило пятнадцатое июля, и он прибыл незамедлительно, в десять минут третьего пополудни. Наглаженный, наутюженный — темно-серый костюм, галстук в белую и темно-синюю полоску, белоснежная рубашка и отполированные до блеска туфли. Странно было смотреть, как Ричард входит в наш дом, и думать, что это тот самый мужчина, за которого я некогда вышла замуж и к которому каждый вечер возвращалась с работы. Он вообще был словно существом из другого мира. Наверное, и я кажусь ему незнакомкой? Ведь я больше не та Джиллиан, которую он когда-то знал.
— Она готова к отъезду. — Я следила, чтобы мой голос звучал уверенно. Даже нацепила на лицо веселую улыбку — ради Сэм. Однако мне было невыносимо видеть, как дочь уезжает на целых полтора месяца. Без нее моя жизнь станет бесцветной и пустой.
— Ты хорошо выглядишь, Джиллиан. Много загорала?
— Да. На противоположном берегу залива. — Я отвечала намеренно уклончиво, и меня снова поразила мысль, насколько бессодержательны наши с ним беседы с тех пор, как мы развелись. А о чем мы вообще говорили раньше? Честно, я не могла вспомнить.
— У меня список мест, где мы с Сэм будем находиться в следующие недели. Если ты куда-то поедешь, пошли моей секретарше свой маршрут, чтобы мы могли разыскать тебя, если срочно понадобится. — Его лицо было как натянутая маска.
— Об этом не беспокойся. Ты обо мне услышишь. Я буду звонить Сэм. — Мои слова, похоже, не обрадовали его. Я нагнулась, чтобы крепко обнять дочь и поцеловать на прощание. Она уже стояла в дверях.
— До свидания, мамочка! Пришли мне красивые открытки… и попрощайся за меня с дядей Крисом! — Я заметила, как при упоминании имени Криса глаза Ричарда округлились. Он вопросительно посмотрел на меня.
— Рада была повидаться, Ричард. Желаю приятного полета. До свидания, родная. Береги себя.
Автомобиль плавно отъехал от обочины, и я стала махать им рукой, глядя, как удаляется маленькое личико Сэм в заднем стекле салона. Она махала мне в ответ. Как же мне будет одиноко без нее!
Телефон вовсю звонил, когда я вернулась в дом, и я схватила трубку, радуясь возможности хоть с кем-то поговорить.
— Мне можно возвращаться? Большой злой волк уже ушел?
— Да. И увез Сэм. А я сейчас расплачусь.
— Я так и думал. Приеду через десять минут, и мы вернемся в Болинас, как только захочешь.
Почему-то сейчас воспоминание о девушке, с которой спал Крис, не причиняло мне прежней боли, и я действительно захотела вернуться. За ту неделю, что мы прожили в городе, кисловатый привкус исчез, и теперь я желала поскорее уехать из своей квартиры. Без болтовни Сэм здесь будет мрачно, как в пустыне.
Крис сдержал слово и через десять минут уже стоял в гостиной с двумя большими бутылками в руках.