Мы сели, выпили кофе, закурили. Время шло, но мы сказали друг другу не более десяти слов. Приятель Криса, которого я раньше никогда не видела, сейчас стал для меня самым близким из друзей. Я нуждалась в нем. Он был моей опорой.
Наконец появилась машина «Хобсона», длинный коричнево-красный катафалк. Катафалк для Криса.
Криса вынесли на узких металлических носилках. Он был укрыт зеленым материалом наподобие брезента и пристегнут к носилкам с помощью ремней. Носилки быстро исчезли в задней части катафалка, дверца закрылась. Шофер посмотрел на меня и спросил:
— Желаете следовать за мной или встретимся на месте?
— Мы поедем за вами, — произнесла я, не глядя на Тома. Я не хотела разлучаться с Крисом.
Неожиданно я сообразила, что крепко стискивала руку Тома, пока мы наблюдали за погрузкой Криса. Мои ногти больно впивались в его руку, а он молчал. Наверное, даже не заметил.
Мы сели в машину Криса, Том запустил мотор…
— Не забудь про заслонку, — сказала я ему. Слова Криса. «Не забудь про воздушную заслонку», — сказал он мне в тот самый день, когда я вернулась… Воздушная заслонка… И я бросилась на грудь Тому Барди. Я плакала, обливаясь слезами и задыхаясь от рыданий.
— Готовы ехать? — спросил шофер катафалка.
Том взглянул на меня, и я кивнула. Откинувшись на спинку сиденья, я жалела, что не приняла либриум, как советовала Пэг. Но нет. Я хотела справиться с этим сама, без успокоительных. Однако как хорошо, что Бог послал мне Тома!
ГЛАВА 34
В похоронном бюро «Дом Хобсон» меня провели в маленький кабинет, обставленный элегантной мебелью в стиле Людовика IV. Том остался дожидаться снаружи. Вошел человек, чей голос я слышала в телефонной трубке. Я уже видела его в холле.
— Я мистер Феррари. Вы миссис Форрестер, не так ли?
— Да.
— Итак… когда похороны?
— Пока не знаю.
— Разумеется. Мы хотим положить мистера Мэтьюса в нашем Георгианском зале, который я вам покажу после того, как вы посмотрите вот эти бумаги. Затем я представлю вам нашего гримера, и мы спустимся, чтобы выбрать гроб. На этом ваши хлопоты закончатся. Сегодня пятница, поэтому я бы предложил хоронить в воскресенье. Или лучше в понедельник?
Сочувственная улыбка аллигатора, поглаживание по руке. Господи, да убери ты от меня свои лапы! Мистер Феррари походил на массовика-затейника в круизе по Карибам.
— А теперь…
Чтоб тебе провалиться.
— Ах, да. И еще, миссис Форрестер. Надо бы сегодня к вечеру привезти нам костюм для мистера Мэтьюса, в том числе туфли.
Костюм? Я даже не знала, был ли у Криса вообще костюм.
— Зачем?
Очевидно, мой вопрос шокировал этого типа.
— Чтобы положить его в нем. — Снова улыбка и печальная гримаса — на сей раз он сожалел о моей тупости.
— Чтобы его положить? Я хочу, чтобы гроб был закрытый. Пусть лежит в том, что на нем сейчас.
— На нем костюм?
— Нет, мистер Феррари. У него нет никакого костюма, и мне нравится то, что на нем сейчас. — Я начала раздражаться, и неожиданно мне стало немного легче. — Мне нужно посоветоваться с его матерью насчет деталей. Она приезжает сегодня.
— Откуда?
— Из Денвера. — Но не беспокойтесь, мистер Феррари, мы за все заплатим. Вы получите свои деньги. Поэтому я и подписываю все эти ваши бумаги.
И он мне улыбнулся, в полной уверенности, что миссис Мэтьюс согласится с ним насчет костюма. Может, она действительно согласится. В конце концов, она мать Криса.
— А теперь, не взглянуть ли на гробы?
Мы вышли из маленького душного кабинета, и я увидела, что Том по-прежнему ждет.
— Мы не задержимся надолго, — сказала я, и Том кивнул.
Мистер Феррари удивленно поднял брови. Он явно собирался разыграть спектакль целиком.
Почему-то именно в лифте мне пришло в голову, что я выгляжу сущим чучелом. В джинсах, сандалиях и старом свитере Криса. Бедный мистер Феррари. С кем только не приходится иметь дело в наши дни! Однако не исключено, что это к лучшему. Может быть, счет не окажется заоблачным. Я ничего не знала о финансовом положении миссис Мэтьюс. А если оплачу похороны из своих сбережений, потом сама буду на мели. Похороны могут стоить тысячи долларов.
Мистер Феррари открыл дверь, за которой находилось помещение, заполненное гробами. Они демонстрировались, как машины в автосалоне: на платформах, вдоль стен, с распятиями и без, с разнообразными украшениями и металлической отделкой, с внутренней обивкой из атласа, бархата и муарового шелка. Я смотрела, как мистер Феррари набирает в грудь побольше воздуху, чтобы обрушиться на меня с речью. Ни дать ни взять, автомобильный дилер во всей красе.