Я снова села на кровать и открыла книгу.
– Мне нечего рассказывать.
– Мер!
Я упрямо смотрела в книгу, на расплывающиеся у меня перед глазами слова, пока не услышала хлопок закрывшейся двери.
Глава 7
Мы жили на Окракоке, а потому мне «повезло» оказаться в одной из самых маленьких школ Америки. Я торчала здесь с первого класса и уже не могла дождаться выпуска. Моя мама преподавала в начальных классах, и это было еще одним «плюсом». Она знала о моей школьной жизни гораздо больше, чем позволено знать родителю.
В нашем классе было одиннадцать учеников, и я была знакома с каждым из них с первого класса. Со стороны людям казалось, что за это время мы все должны были стать лучшими друзьями. Это было очень далеко от правды.
Родители и учителя хвалили концепцию маленьких классов, словно они являлись Святым Граалем академического успеха, но с социальной точки зрения это было отстойно. Малое количество учеников означало, что тебе негде прятаться. Как затеряться на заднем плане, когда всем отлично тебя видно? Все замечают не только твое сходство с ними, но и различия. Я всегда завидовала Бену, который ходил в большую школу Бакстона. В его классе было чуть больше тридцати учеников.
Теперь я безрезультатно дергала за дверцу своего шкафчика и ругалась себе под нос. Какого черта моя комбинация не работает? Я увеличила громкость в наушниках, думая о том, сколько еще вещей сегодня пойдут не так.
Сначала я проспала и поздно вышла из дома. Потом мне пришлось лавировать между ведрами, расставленными по школе: из-за непогоды начала протекать крыша. И хотя небо наконец-то было чистым, с потолка все еще капала вода, а школа напоминала тонущий корабль. Упрямая дверца моего шкафчика оказалась вишенкой на торте из неприятностей.
Кто-то похлопал меня по плечу, и я обернулась.
Ким подпрыгивала на месте, словно к подошвам ее кроссовок была приделана пружина, и ее коричневый хвостик двигался вверх-вниз вместе с ней. Я вздохнула и вытащила наушники.
– О боже мой, ты ни за что не догадаешься, кто пришел к нам в класс!
Я пожала плечами.
– Уайт Квин.
– Ну да, – она остановилась, но Ким не была бы собой, если бы через секунду снова не начала подпрыгивать. – Но ты знаешь, кто он такой?
– Парень из Техаса?
– Не просто парень из Техаса, – она поправила очки и сунула мне в лицо свой iPad. – Он – тот самый Уайт Квин, легенда мотокросса. Его отец – Джимми Квин, известный гонщик, который сейчас помолвлен с Мелоди Аддамс… той самой Мелоди Аддамс.
Окей. Я не была фанаткой кантри-музыки, но даже я слышала о той самой Мелоди Аддамс. Она царила в музыкальных чартах: красивая, светловолосая и дерзкая. Я убрала челку с лица и пролистала изображения. От удивления у меня отвисла челюсть. На фотографиях был Уайт, тот самый продрогший до костей парень, которого занесло на мой пляж вместе с его дурацким каяком, но на этих снимках он был просто невероятно привлекательным. Вот он облокотился на мотоцикл в одних лишь красно-синих штанах и сапогах для мотокросса, его мускулистая грудь загорела на солнце, а бронзовые волосы блестят от пота. А вот он на том же мотоцикле подпрыгнул над грязевой насыпью метров на пять, держась только за руль.
На другом фото он был в обнимку с отцом, их головы были откинуты назад в заливистом смехе, а вокруг них стояли другие красивые люди. Он был похож на своего отца: оба уверенные в себе, улыбчивые и невозможно горячие. Я быстро вернула iPad Ким. Не хватало еще пускать слюни на фотографии Уайта Квина.
Она еще раз посмотрела на снимки и мечтательно вздохнула.
– Моя мама узнала, что он переводится в нашу школу, от миссис Принс, и у моего брата чуть не случился сердечный приступ. У него вся комната в плакатах с Уайтом Квином. Прошлой осенью он попал в жуткую аварию, и теперь все ждут, когда он вернется обратно в мотоспорт.
Авария, которую упоминали Уайт с его матерью, приобрела новое значение. Я еще раз дернула дверцу шкафчика, вымещая на ней свои чувства. Если я забью его имя в интернете, то увижу подробные фотографии с места аварии, снятые на чей-нибудь телефон? Но я не хотела этого видеть. Я уже слышала от Харли, сколько боли он перенес, и это было ужасно.