С тех пор, «искусственным» запрещена служба на боевых кораблях, а сам бум «искусственного вынашивания» скатился на нет, оставшись лишь медицинским предписанием.
Ну, а мне самое оно то – образцы тканей и ДНК Габби у меня есть, «собрать эмбрион» я смогу и с закрытыми глазами, а уж чуть ускорить созревание плода и быстрый рост можно разными путями, а не только природной акселерацией!
Представляю, как будет зла Габби, очутившись в теле пубертатной девчонки, с прыщами, танцующими гормонами и эмоциями, от которых хочется лезть на стенку.
Хотя…
Это не ей будет наказание, а мне!
Вздохнув, огляделся вокруг.
Совсем чуть-чуть, уже очень скоро, «Мганза Игарри III» выйдет из прыжка и лишится двух тормознутых управляющих искинов, которые я с радостью отформатирую!
Зои займет место тормозов, причем, один из них станет дополнительным, но не раньше, чем Зои накатит на него свой софт, очистив искин от всего, вообще, под ноль!
Вы даже представить себе не можете, сколько в этих новых искинах долбанных закладок!
Там же одна программа стучит на другую и следит, чтобы чего не вышло!
В результате – мощности искина тают, используясь на слежение всего и за всем!
На ровном месте теряется 10% производительности!
Да у меня на «Ипохондре», старые искины работали шустрее, чем два вот этих крейсерских, от которых толку, как от козла молока!
Потом будет разгон, попутно мы слегка эту системку, разумеется, разведаем…
Может быть, если будет что интересное, так даже и задержимся на денек-другой!
Потом снова разгон и, если все рассчитано верно, то…
Тьфу-тьфу!
Я сплюнул через левое плечо.
Нафиг!
Все проблемы от скуки!
Открыв канал в свою лабу, занялся делами.
Первым делом еще раз проверил странный эксперимент, который должен был дать мне «точку опоры», с помощью которой я бы узнал, у кого же взята та чертова проба крови.
Эксперимент провалился, но результат провала какой-то жутко странный!
Например, разделенная на фракции часть крови пытается агрессивно влиять на окружающую среду, разъедая стенки пробирки.
За восемь дней разъела на 0,8 миллиметра, что для образца весом с пушинку – очень хороший показатель.
Другая фракция, за это же время, наоборот, смогла нарастить стенки пробирки на те же 0,8 миллиметра, причем, если я не ошибаюсь из того, что разложила первая фракция.
Ради интереса добавил краситель и оставил их в покое на сутки, все равно, даже если кровь неведомой мне зверушки разъест пробирку, то окажется в контейнере, который подвешен в магнитном поле-ловушке.
В общем, даже если субстанция прорвется через пробирку, через контейнер, через магнитное поле, то окажется она прямиком в утилизаторе, с которым еще ни одно вещество не справилось!
А я пока займусь медитацией…
Наверное…
Потому что есть у меня ощущение, что я что-то смачно упускаю!
Что-то простое и очень понятное!
Минута размышления и я отрубаю искины, начиная выводить линкор из прыжка вручную, наобум.
Ну, не нравится мне все!
Не нравится!
Слишком все идеально и гладко!
И уж лучше я сейчас выведут линкор экстренно, но останусь живым, чем расслабившись, выведу корабль в намеченной точке, превратившись в протоплазму!
Восемь потоков разгоняют мышление преизрядно, так что аварийные 3,75 секунды для меня растянулись до 43 секунд, медленных и достаточно пугающих.
Вывалившись из подпространства, линкор сделал несколько нырков вверх-вниз, а затем замер, плывя в пустоте безмолвной и безжизненной каменюкой.
Сейчас работают только три системы – маскировка, силовые щиты и маневровые двигатели, чья задача, в случае чего, отодвинуть нашу жопу как можно дальше от раскаленной сковородки.
Налетевшие ремдроиды принялись извлекать искины из посадочных гнезд, заодно изменяя конфигурацию одного из гнезд, расширяя его под оснастку Зои, которая пока еще наблюдала за происходящим со своего места в кораблике, в трюме линкора.