Думаю, первые два объяснять не надо, а вот с последним…
«… Любое мастерство – многогранно. Обычно, крафтер, приступая к своей работе, уже знает результат и догадывается о последствиях. Но вас это не касается! Любой ваш крафт – это непредвиденный результат любой разрушительной силы! Вы способны ударом молота о наковальню вызвать дракона, а чиркнув огнивом – уничтожить город! Ни один город не примет вас, как мастера крафта. Ни один учитель не возьмется за ваше обучение. Зато вы обладаете быстрейшей регенерацией, чудовищной интуицией и совершенно охренительной удачливостью! Успехов вам, крафтер!»
Как понятно из описания, кроме каски, крынки и кирки, у меня больше ничего и не было.
Зато в спину упирались длинные копья городской стражи, за спинами которой немолодой дварф зачитывал, за какие именно грехи меня из города выставляют.
Кстати, не за такие и страшные.
Но, гм, ржачные.
Ага, из города меня изгоняли за… Длину члена!
Оказывается, у дварфов с этим делом, в связи с ростом и скукоженными подземными условиями, очень большие проблемы и женщины-дварфки вечно ходят злыми от недостающей длины.
А уж когда появляется дварф с нормальной длиной, жить ему становится не просто, так что, спасибо городскому совету, что они меня изгоняют, а не кастрируют, мелкие, злобные шибздики!
Поправив бороду, засунутую за ремень, отхлебнул из крынки и помахав всем своим провожающим дамам, пускающим тихую слезу, пошел во тьму коридоров.
Правда, пройдя два поворота, засветил «Добычу огня» на маленький шарик пустой породы и дальше шел вполне себе комфортно, лишь изредка распугивая летучих мышей.
По идее, следовало идти наверх, к людям, но…
Гворфиндалль – это единственный город в радиусе ста километров, в котором есть лифты и тоннели вверх и именно из него меня выставили, собаки свинские, вниз!
Набрав по дороге еще десяток шариков, на всякий случай, поеживаясь от тоннельной прохладцы, ускорил шаг и сам не заметил, как вышел на развилку.
Левая дорога вела вниз, была ухожена и…
Мне туда не надо – это царские каторги, спасибо.
А вот правая…
Правая тоже вела вниз, была невзрачна, узка и…
Значит, мне по ней!
Мужественно сделав выбор, вышел из игры и занялся просмотром игрового мира, судя по всему, хорошо подправленного Зои!
По крайней мере, в техносодружестве цвергов-дварфов нет!
От мира перешел в командные ответвления, офигевая от того, сколько тут народ за пару недель навытворял-начудил!
Аграфы кинулись на волю, в пампасы, кошаки оккупировали джунгли, люди занялись мирным воздействием тяжелыми предметами по головам недовольных и все это резвым бодрячком!
Два кошачьих клана уже вовсю разделывают аграфов на жареное мясо, люди занимаются вырубкой аграфячьих лесов, появилась первая знать и первая аристократия, но, пока еще ее тоже пилят на запчасти и растаскивают в разные стороны…
В общем и целом, в «собственно игре» я провел пару часов, а вот хелпах к ней, в лоре и чатах – пять!
Выбрался и зарекся туда лезть снова – нафиг, уйду на нижние уровни, чего-нибудь там намучу, чтобы не мучится…
В прочем, по здравому размышлению, персонажа своего грохнул, а аккаунт удалил, от греха подальше – затягивает, блин!
Заодно написал Ильманлаину, чтобы он поставил таймер на присутствие в игре, не более трех часов, а то мне тут еще игроманов только не хватало!
Проверив еще раз лежащих по медкапсулам, со вздохом признал, что сейчас самое мне место на мостике!
Хотя…
Есть у меня идейка!
Подготовив отдельный защищенный бокс и сильно жалея, что его нельзя сделать как на кораблях аграфов – отстреливаемым, собрал воедино куб с чернотой, остатки протовампирской крови и последних двух выживших, все смешал и принялся смотреть, что же из этого выйдет…
М-да-а-а-а-а-а…
«Вышла из мрака младая, с перстами пурпурными, Эос…»
Хотя-я-я-я-я, тут все не как у старины Гомера.
И не младая, и совсем не перста пурпурные, и точно не Эос, а неведома хрень, с двумя головами, с красными глазами, с волосами, чернее ночи и к тому же, еще и шевелящимися!
Двухголовая фигня обошла бокс по периметру, сперва по полу, потом по стенам, потом по потолку, потом принялась изучать остатки прозрачного куба, потом попробовала на зуб металлические ножки столика и пластиковые стяжки, что связывали когда-то руки заключенных.
Зависнув вниз головой, точнее – головами, тварюшка усердно нюхала воздух.
Глянув на часы, вздохнул – ничего интересного.