И почему я проснулась именно сейчас? Вопросы множились, как тени в ночи, а ответов не было ни единого.
— Я ничего не знаю о гене магов, — проговорила я, пытаясь придать голосу твёрдость, но он дрогнул. — Мне просто нужно было время, чтобы… вылечиться.
Алекс хмыкнул, не веря ни единому слову. Его взгляд, острый, как бритва, скользил по моему лицу, сканируя каждую клетку, выискивая следы лжи.
— Лечиться, значит? От чего же, интересно? — казалось, этот невысказанный вопрос застыл в его глазах.
Мне не нравился его тон. Его настойчивость. От человека, который… пытался как-то открыть для меня новшества нового мира, не осталось и следа. Он был не верил мне.Не принимал. Боялся меня. Я видела это!
Я тоже боялась. Боялась этого чужого, враждебного мира, этих незнакомых людей, этой непонятной и пугающей магии. О которой, я, между прочим, ничего знать не знала!
Внезапно вперед шагнул один из вошедших. Высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой на тёмных волосах и внимательным взглядом. Он словно излучал ауру неприкрытой силы и ледяной уверенности.
— Алесса, позвольте представиться, — произнёс он резким, неприятным голосом. — Моё имя Марк. Я возглавляю разведывательный отряд, обнаруживший вас, к слову, в этой глуши.
Марк изучал меня, словно редкую бабочку под стеклом, и от этого пронизывающего взгляда меня пробрала дрожь. Не от холода, а от ощущения полной беззащитности и беспомощности. Он сделал несколько шагов в мою сторону, и я невольно отшатнулась. Инстинкт самосохранения закричал во всё горло, заставляя приготовиться к худшему. Мужчина заметил мою реакцию и усмехнулся, но в этой усмешке не было и следа доброты. Он наслаждался моим страхом.
— Не бойтесь, Алесса. Пока. Мы не собираемся причинять вам вред, если, конечно, вы будете с нами откровенны. Нам нужно знать, что вы за человек, каковы ваши намерения. И самое главное — не представляете ли вы угрозу. Понимаете?
Я кивнула, стараясь казаться невозмутимой, хотя внутри бушевала настоящая буря. Откровенность…
Как я могу быть откровенной, если сама не понимаю, что происходит? Как могу говорить о намерениях, если у меня их нет? Я просто хотела получить второй шанс! Прожить жизнь так, как я мечтала!
— Я понимаю, — прошептала я, глядя Марку прямо в глаза. — Я расскажу вам всё, что знаю. Но, пожалуйста, поверьте мне, я ничего не знаю о магии и о том, что произошло после моего криосна. Я просто была… больна. И надеялась, что в будущем найдётся лекарство.
Марк на мгновение отвёл взгляд, словно взвешивая мои слова. Затем снова посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула тень сомнения.
Может быть, он всё-таки поверил мне? Или просто решил дать мне шанс? В любом случае, это была моя единственная надежда.
— Слова ничего не значат, — отрезал он. — Мы проверим всё на практике. Как раз кстати, — он усмехнулся и обменялся с Алексом понимающими взглядами, не предвещавшими лично мне ничего хорошего, — в квартале от Разрешённого моста обнаружено поселение магов. Нас они к себе не подпустят, попробуют атаковать. А вот тебя… могут и принять за свою.
Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, оставляя лишь ледяную пустоту. Они хотят использовать меня как приманку?!
В голове, словно кадры кошмарного сна, пронеслись картины возможного будущего, навеянные фильмами и визио: враждебные взгляды магов, колдовские стрелы, вонзающиеся в меня…
— Но… я не умею колдовать! — взмолилась я, чувствуя, как в горле пересохло. — Они сразу поймут, что я не маг! – кроме того, я чувствовала в его словах какое-то двойное дно. Что-то, что намекало на обман.
Марк снова усмехнулся. Его взгляд был холоден и внимателен.
— Это мы выясним, Алесса. Поверь, у нас есть способы. А даже если и не умеешь… твоя генетическая структура может оказаться для них интересной. Как ты говорила? Просто больна? Возможно, у этих магов найдётся лекарство. Или, что более вероятно, они попытаются вытянуть из тебя все соки, чтобы создать подобное лекарство для себя. В любом случае, решать не тебе.
Алекс подошёл ближе и грубо схватил меня за руку. Его хватка была стальной, не оставляя надежды на спасение.
— Собирайся, Алесса. У нас нет времени на уговоры. Ты пойдёшь с нами и будешь делать то, что тебе скажут. Или… — он наклонился к моему уху и прошептал леденящим душу голосом, — тебе станет намного хуже, чем сейчас.