Ты согласен с моим предложением?
Андрей еле заметно кивнул.
121
– Хорошо, что понял! Вот тебе бумага, пиши. Просьба, в объ-
яснительной укажи, кому продал паркет. Таких покупателей тоже
наказывать надо. Если нужна будет помощь, позовешь.
Я вышла из кабинета Лизы, попросила охранника оставить
свой пост у дверей, посторожить Андрея и проводить его ко мне,
когда тот закончит писать.
Я отправилась в свой кабинет, перевести дух. Сложно, все
равно трудно, вот так вот поступать с людьми. Все равно человек,
хоть и вор. А то, что изначально не собиралась заявлять в
полицию, это – опыт. Будем много лет судиться, еще и проиграем,
не получим денег за украденные товары, и сами еще заплатим,
если Приходько наймет хорошего адвоката. А здесь ничего
доказывать не надо, сам все признал, и деньги вернет.
В мой кабинет постучалась Света Мостовая, менеджер, в
ведении которой были и паркет и продавец Приходько.
– Ольга, мне сказали, что ты обвиняешь Андрея Приходько в
том, что он… ворует в магазине?
Господи, вот уж быстро сплетни по магазину расходятся, еще и
сказать ничего никому не успела, и Приходько еще до конца свои
объяснительные не написал.
– Я за него готова поручиться, нельзя просто так человека
обвинять! Он, что не попросишь, сделает. На погрузчике ра-
ботает, в выходные выйти не отказывается, – продолжила
Мостовая.
– Света, посиди здесь со мной, скоро получишь ответы на свои
вопросы.
Ждать пришлось еще минут десять. Зашел Андрей в сопро-
вождении охранника, передал мне заявление и объяснительную. Я
прочитала бумаги, почти все было изложено, как я хотела, хоть и
корявым языком продавца магазина стройматериалов.
– Почему не указал, кто у тебя паркет купил? – спросила я.
– Не хочу никого впутывать. Сам во всем виноват.
Благородный вор у нас работал. А так хотелось еще и фирму,
которая вместе с Андреем воровала на чистую воду вывести!
– Ну, это твое дело, если ты хочешь один за все платить. Тебе
заплатили полстоимости паркета, а возвращать придется полную,
учти.
Продавец мрачно молчал.
122
– Андрей, подожди еще, пока итоги ревизии подведут,
выясним точную сумму твоего обязательства вернуть деньги, по-
том я подпишу заявление.
Приходько вышел в сопровождении охранника, а я протянула
объяснительную Светлане.
– Ну, что теперь тоже хочешь поручиться за Андрея? – спро-
сила я. – Могу еще и видео показать, на котором он паркет
поддонами ворует. А я с тебя и других работников магазина
недостачи высчитываю после инвентаризаций.
На Мостовую было жалко смотреть. Она почти плакала.
– Кому же теперь верить?
– Проверять нужно чаще, тогда и верить можно будет больше.
В этот день я пришла домой под вечер и усталая. А еще суб-
бота!
В понедельник уже к открытию магазина Приходько принес
первую половину денег. Я не сомневалась, что заплатит все.
Потом позвонил Дима Драев, один из главных собственников
сети магазинов «Строительная азбука», где я работала, и мой
компаньон, я там тоже акционер, хотя и небольшой, и сообщил
давно ожидаемую новость.
– Ольга, мы вчера подписали договор о продажи торговой сети.
Теперь ты богатая женщина.
– Спасибо, Дима, за новость! А что будет теперь у меня с ра-
ботой?
– Работай дальше, я-то остаюсь в правлении, и у меня нет на-
мерения тебя менять.
– Еще раз спасибо!
Хорошая новость! По моим подсчетам, моя доля в этой сделке
составляла около пятисот тысяч евро. Вот бы Олег порадовался.
Деньги действительно были нужны. Еще был жив муж, когда мы
начали совместный с городом Усть-Нарва проект по
строительству детских жилых домов семейного типа. В городе
работал детский дом, полуразвалившееся здание советской
постройки. В Эстонии в это время при поддержке европейских
фондов стали закрывать такие заведения для детей. Вместо них
строили полностью благоустроенные небольшие дома на
коллектив с десятью, не более детей, где роль родителей играли
123
профессиональные воспитатели, обычно, семейные пары. Дети-
сироты росли и воспитывались как в настоящей семье, лучше
обучались жизненно необходимым навыкам самообслуживания. А
то, после выхода из обычного детского дома в большую жизнь,