С луками это было плохо. Одно хорошо, что их было немного.
— Где они сейчас?
— Они уже там, у поворота поджидают тех, кто отстал. Потом, наверное, двинутся на нас. Идут не быстро видимо берегут силы.
— Молодец парень! — Никитин с силой хлопнул парня по плечу. — Будет тебе награда!
Грязное лицо разведчика, осветилось довольной улыбкой.
— Ну, я это к своим пойду.
— Ну, если не устал то давай!
Никитин поднял голову к небесам, несколько секунд постоял, впитывая в себя солнечный свет, потом решительно надел шлем и вышел за ворота. Дорога с той стороны была по-прежнему пустынна, с другой стороны застыло несколько фургонов и телег. Несколько фургонов вдалеке видимо, не желая рисковать, повернули обратно. В напряжённом ожидании так прошло минут двадцать, потом пустынная дорога, перед их поселением, как-то вдруг начала заполняться народом.
Землянин, сощурив глаза, заметил, как из-за леса вынырнул отряд всадников и, обогнав пеших воинов по обочине, понёсся прямо на них. Один из всадников в блестящих на солнце доспехах вскинул руку, вдалеке раздался глухой рёв сотен глоток.
— Венда! Венда! — скандировали они.
Всадники остановились. Мятежник величественно и горделиво простёр свою руку в их сторону и вопящая орава воинов как живая волна, набирая скорость, покатилась на них. Расстояние стало стремительно сокращаться. Несмотря на остроту момента, землянин улыбнулся, всё шло так как он и задумал.
— Полководец! — мысленно усмехнулся он. — Их почти пятьсот а у меня в отряде всего двести с небольшим бойцов… вот и настал для нас момент истины!
Нападавшие тупо валили по дороге, не делая никаких попыток сойти с неё. Всадники стояли на обочине дороги, предусмотрительно пропуская «пушечное мясо» впереди себя. Толпа с яростными воплями, заводя себя и потрясая копьями, и воздетыми вверх кинжалами бежала на них.
Никитин, пробравшись впереди строя арбалетчиков, мысленно отсчитывал оставшиеся до неприятеля расстояние. Пятьсот метров! Четыреста! Ветка, предусмотрительно воткнутая Биртом у обочины служила хорошим ориентиром.
— Ребята у всех арбалеты заряжены? — громко спросил он.
Ответом был громкий хохот. Первые ряды дружинников стояли, расслаблено, копья по прежнему смотрели вверх, щиты у всех стояли нескольку сбоку.
— Ждем ребята. Ждём! — громко сказал Никитин, отмечая как десятники и бойцы всё чаще скашивают глаза, ожидая от него команды.
Триста метров до противника. Двести. Ещё ближе. Орущая толпа с ревом продолжала бежать вперёд, но орали они уже чуть тише, похоже, притомились пока бежали до них.
— Сомкнуть щиты! — громко скомандовал Сергей. Муштра не пропала даром, дружинники слаженно закрылись щитами.
Во втором ряду возникла небольшая заминка, двое бойцов несколько замешкались с выполнением команды, но несколько секунд спустя они исправились. Копья по-прежнему смотрели в небо.
— Арбалетчики готовься! — протяжно отдал команду Никитин, вглядываясь в набегавшую толпу. У первой волны разбойников никакой особой защиты не было, только всевозможных расцветок кожаные куртки. Редко тускло блестел нашитый металл на чьей-нибудь куртке.
До первых рядов, атакующих осталось метров сто. Пятьдесят. Вот сигнальная ветка исчезла под сапогами разбойников. Кто-то из самых нетерпеливых нападающих в первых рядах метнул копье, и оно вонзилось в землю метрах в пяти от первой линии. Те, кто находились впереди набегавшей толпы, начали притормаживать готовясь бросать копья.
Никитин больше не стал ждать и резко скомандовал:
— Первая линия арбалетчиков! Пли! — и тут же новая команда — Зарядить арбалеты!
Резкие щелчки и сразу дикий многоголосый рёв из толпы. Первый ряд нападающих, почти в полном составе лёг под ноги набегавшей толпы, затормозив её поступательное движение. Несколько копий с глухим стуком вонзились в щиты передней линии. Дружинники покачнулись, упёрлись во второй ряд бойцов и снова качнулись на место. Тяжёлые обитые толстой кожей и бронзой щиты выдержали удары.
— Вторая линия пли!
Секундная пауза.
— Третья линия пли!
На дороге началось столпотворение, задние и средние ряды, где в основном находились воины с топорами, напирали на первые ряды, которые были полностью деморализованы такой убийственной стрельбой. Человек сорок нападающих были выкошены в течение десяти секунд, ещё десяток раненых корчились на земле от боли, стараясь отползти на обочину дороги, что бы их, не затоптали собственные товарищи.
Пока толпа на дороге ворочалась, пытаясь пробраться сквозь завалы тел, прошла, минута, которая позволила всем арбалетчикам перезарядить арбалеты.