Пассажиры оказались разномастные, но всех объединяло одно: респираторы, само собой, и «глаза». У кого-то технологичные, едва толще обычных очков, у иных огромные, как старинный бинокль. Но без «глаз», с «дурацким фонарем» бродить тут никому не приходило в голову. Оно и диодку, наверное, для баловства примотали на платформе. Ни к чему она здешним.
Двери с лязгом захлопнулись, и поезд, тяжко скрипнув нутром, застучал по рельсам. Освещения внутри не было.
Джей развернул внутренний экран и стал просматривать кривые. Температура и метаболизм медленно, но ползли, правда, пока только по сравнению с его личной нормой. До выхода за положенные пределы было ещё далеко.
— Приехали! — Рэй хлопнул его по плечу, отрывая от просмотра параметров. — Погнали, а то места не успеем занять!
«Пять минут катили, — отметил про себя Джей, сверившись с часами на внутреннем экране. — Сейчас, наверное, в самом центре заражённой зоны, будь она неладна. Не знаешь, от чего загнёшься, — не от СМО, так радиации нахватаешься. Это если модификант не пришьёт и морф не сожрёт. Богатый выбор».
На второй платформе тоже была пристроена диодка, в этот раз Джей обратил внимание, что она приклеена не абы как. Светящаяся лента сплеталась в символ: глаз внутри шестигранника. В голове что-то мелькнуло, но осознать, что именно, Джей не успел.
— Не спи, морф сожрёт! — модификант хлопнул его по плечу и потащил за собой.
Все шли в одном направлении, поднимались по выщербленным от времени ступеням, починить которые никто не озаботился.
«Спартак» — Джей успел прочитать надпись, выложенную мозаикой на стене станции. Ну, так и есть, заражённая зона! А раньше тут стадион был. Что-то такое он читал: при ядерном ударе как раз матч шёл. Самая большая точка по количеству жертв.
Все стали подниматься на поверхность, и Джей первым делом вырубил и снял «глаза». Рэй тоже стащил прибор, ясное дело, ему он вообще без надобности.
На поверхности бушевали заросли борщевика. Среди толстых трёхметровых растений была проложена тропа к… стадиону. Крепкое сооружение стояло себе со времён нейроядерки. Обшарпанное, пыльное со следами осыпавшейся мозаики. По бокам от входа из зеленого моря борщевика торчали остатки огромных скульптур спортсменов, которые, видимо, должны были приветствовать посетителей.
— Да-а, раньше крепко строили, — удивился Джей. — Но мы ведь не туда идём?
— Туда, — не оставляя надежды, подтвердил Рэя.
— Прямо внутрь? Да эта хрень уже двести лет тут стоит! — возмутился Джей. — И если она не развалилась вчера, не значит, что она не может рухнуть вот прямо сейчас. Мало того, там металлический каркас в стенах — теперь набрался радиации и фонит, как урановый стержень.
— Ну, так и быть, отойдём подальше от стен, — усмехнулся Рэй.
Ответить Джей не успел.
Гудящее бу-бу-бу-бу наполнило пространство. В небе показался вертолёт. Если приблизить фокус, на его морде отчётливо было видно три ярких маячка, красный и два синих по бокам.
— Гарбатый билд! — Джей в который раз мысленно проклял модификанта и всю эту подземную шайку. — Патруль зоны отчуждения! Прячемся в борщевик, может, не успели заметить!
Он уже готов был побежать в заросли, когда Рэй цепко схватил его за руку.
— Да успокойся ты, шальной. Не знаешь, что делать, смотри на других. Видишь, никто не дёргается.
И правда. Все продолжали спокойно идти по тропе к стадиону. Не видеть они не могли. Вертолёт подлетел уже достаточно близко, а потом… приземлился на крышу развалюхи.
— Смотри, что творит! — ахнул Джей. — И даже не провалился!
— Лучше бы провалился, — зло бросил модификант. — Уж очень много хороших людей на нём прилетело.
Почти сразу в небе появился ещё один патруль.
— Рэй, куда ты меня затащил? Что сейчас там будет? — вышел из терпения Джей. — Мы вообще на такое не договаривались!
— Это часть экскурсии по катакомбам! Гвоздь программы, — рассмеялся Рэй. — Готовься, тебя ждёт офигенное зрелище! Видишь, какой ажиотаж? Даже сливки общества прилетели.