Пожав плечами, Эшлин честно признался, что для него демон как история мира. Такой же неизведанный и полный тайн.
По правде говоря, его сей факт не смущал. То, что Сейшай избавил Ранирию от узурпатора только спустя три месяца после нападения на дворец, странным для него не казалось.
Бывший лорд Главнокомандующий отличный стратег, закаленный в боях воин. Ничего нет странного в том, что он решил все хорошенько обдумать, перед тем, как свергнуть Солхаса.
Его больше всего заботило другое. По заверениям отца, Сейшай обращался к небезызвестной для Эшлинов ведьме. Которая в свое время изготовила для него малоприятный порошок.
Отыскать оную «леди» труда не составило и методом проб и ошибок (уж очень ведьма оказалась несговорчивой) он узнал, что Эйгард провел обряд вхождения в род (иными словами – братания), только вот он был полноценным, в отличие от того, что провела когда-то его жена.
Зачем было урожденному Сейшаю отрекаться от своего рода и входить в правящую семью… Вот этого он понять не мог.
Когда в дверь постучались, оба мужчины, резко встрепенувшись, вернулись в реальность.
- Мы все понимаем, политика – дело сверхважное, но обед-то стынет, - послышался недовольный голос Ринары, а за ней проглядывалась белокурая макушка императрицы.
«Спелись», - промелькнула мысль о обоих мужчин.
- Уже идем, - заверил их Крайс, направляясь на выход, за ним поспешил и Риммар. Уж кого-кого, а жен лучше не заставлять ждать… Это они давно усвоили…
*
Кабинет тонул в полумраке, лишь одинокий светлячок озарял обитель демона. Сейшай был хмур как никогда. Надо же! Его обыграли! И кто? Этот узурпатор?
Ему потребовалось три месяца, чтобы выбить из Солхаса хоть какую-нибудь информацию. То что именно он причастен к нападению на дворец морийцев, Эйгард знал давно. Узурпатор даже не догадывался, что демон им виртуозно пользуется.
Их план во многом совпадал, позволяя Сейшаю скинуть мелкие вопросы на Солхаса. Вот только он так и не понял, чего добивался тот, пытаясь вывести из игры Фейридоров…
Видимо, временный правитель Ранирии не был оповещен о готовящемся указе императора. Что очень странно, ведь у него в приспешниках имелся сам асикрит Тайной канцелярии Анозии, неужели не нашлось птицы того же полета и среди морийцев?
Но все указывало на то, что никто из власть имущих не продался. Иначе Солхас бы знал, что благодаря новому указу власть в империи, в случае гибели прямого наследника династии, передалась бы советнику императора.
Неплохо Крайс обезопасил своих подданных. Случись что-нибудь с ним и его наследником, то власть перешла бы Эшлину, лишая и Солхаса, и его самого возможности захватить трон.
Надо признать, этот юнец смог обыграть куда более сильных мира сего.
Эпилог.
Главный столичный храм наполнился гулом голосов. Лишь во второй раз на памяти собравшихся сам император становился другом жениха.
Как неудивительно, из церемонии сотворили что ни наесть самый настоящий балаган. Мало того, что советник императора оказался уже женат (спокойствия ради, стоит заметить, что женат на своей «невесте»), так он додумался приволочь в храм умертвие!
Нет. Умертвием, конечно, хранителя рода назвать было сложно. Но сути это не меняло. Кто в здравом уме потащит в священное место плод некромантской магии!
Стоит отметить, что священник в этот раз был тот же самый. И на его честь никаких признаков заикания у него не углядели (видимо, первый раз произвел на него неизгладимое впечатление, выработав иммунитет).
Безумный шквал многоголосья затих лишь в тот момент, когда на пороге появилась она. Невеста. Или, правильнее сказать – жена.
Сколько миссис Эшлин не упиралась, а облачиться в струящееся белоснежное свадебное платье ей пришлось.
Эльена и Жан Эшлины, предвещая подобное безобразие, были безмятежны. Несмотря на суматоху, лорд Эшлин улавливал лишь позитивные эмоции собравшихся.
Риммар, стоя у алтаря, казалось, даже не моргал, смотря, как Эдгард Телинас ведет под руку его жену. И пусть у них вышла совсем нестандартная свадьба, но он был счастлив как никогда.
Ступая по белокаменному полу храма, Ринара еле дышала. Толи из-за туго затянутого корсета, толи от волнения. Ей еще никогда не приходилось быть подприцельным объектом для такого количества людей.
Шлейф платья тянулся на несколько метров, пытаясь догнать свою обладательницу. На груди переливались под ослепительным солнцем, врывающимся сквозь витражные окна, драгоценные камни. Даже волосы сегодня благосклонно отнеслись к нелюбимому гребню и позволили соорудить из себя замысловатую высокую прическу.
Смешно, но и на этот раз клятва прошла мимо нее. Все внимание ведьмы было всецело отдано мужу, мягко поглаживающему ее руку.
На их плечах не проступила брачная вязь, как того ожидали, ведь она там уже давно имелась. Но это ничуть не портило торжественность момента.
Мелисии все же удалось побыть подружкой невесты.
Очень высокая, непривыкшая к платьям, с коротким ежиком волос на голове – она поразила всех собравшихся придворных леди. Поразила, надо заменить, не в приятном смысле.
Шепотки, летящие вслед за девушкой, абсолютно ее не трогали. Да, не такая как все. Не леди и не желает ею быть. Зато у нее есть верные друзья, она нашла свое предназначение в жизни. А показная красота… Пусть ее желают те, кому больше нечего дать миру.
Язвительные речи в сторону Мел прекратились тут же, стоило нескольким леди отметить, с каким интересом на нее взирают их кавалеры, которые еще не удосужились сделать им предложение руки и сердца. Взгляды, направленные на Мелисию стали цепкими, именно так смотрят на противницу.
По иронии судьбы, букет невесты достался именно ей. Хоть она сама и списывала это на свой слишком высокий рост (что неудивительно, букет прилетел аккурат ей в лоб). То, как Мелисия отбивалась от нежданного «подарочка», позабавило публику не меньше, явившегося на бракосочетание скелета. Фред, к слову, был тише воды, ниже травы, но все равно вводил в тихий ужас придворных изнеженных барышень. Рина же лишь довольно скалилась, лицезрея, как те бледнеют и театрально падают на своих кавалеров.
Взгляд Осэна почти весь вечер был прикован к невесте. Нет, он не жалел о том, что женился на своей возлюбленной. Фарон действительно любил жену, но что-то в нем переворачивалось, стоило взглянуть на ведьму.
Безупречная кожа, будто светилась изнутри, зеленые глаза пронизывали, добирались до самой сути. А ее фамильяр боле не казался пернатым недоразумением.
Когда Мелисия поймала букет невесты (если так можно было сказать), он лишь беззлобно усмехнулся. Давно пора. Его неказистая бывшая напарница засиделась в девках. Хоть и стоило признать, что ей многого удалось добиться, что заставляло его проявлять уважение при встрече с ней.
Единственным гостем, которому не лез кусок в горло, зато неплохо шло вино, был Даймон.
Глава Сыска был хмур, под его глазами залегли тени. И пусть она уже давно жена Эшлина, а этот маскарад лишь дань народу, но ему все так же было тошно.
Он умолчал, не сказав, что после исчезновения Эшлинов из родового имения Сейшая, его постигла не лучшая участь.
Но что вспоминать о плохом, когда день и так выдался неудачным.
Последний бокал Шериш поднял за покойную Давари. Девчонку не удалось спасти. И родовое гнездо стало для нее и могилой…
Примечания
1
Дословно — «возвращающийся», от французского «revenir». Дух умершего, возвращающийся в виде кошмарного и нематериального привидения к месту своей смерти (или туда, где он проживал сам либо его близкие.) Чаще всего ревенант возвращается в том случае, если его смерть не была отмщена.
2
чиновник, обязанный следить за прибывающими в империю.
3
крытая галерея-обход, обрамляющая прямоугольный двор.