— Сыграем в игру на выживание? — я почувствовала как мои губы расходятся в улыбке.
Страх людей был ощутим. Судя по всему, Донна или Ник наложили барьер на это место. Нас никто не слышал, они не могли уйти и никто не придет на помощь. Стоп. Лили! Она придет на помощь как только увидит. Погодите минутку… Донна контролирует мои эмоции. Лили не увидит ничего, пока я не буду на грани. Она не успеет придти. Нужно выбираться самой, но как.
В моих глазах застыл тот же ужас, что сейчас отражался на лицах этих людей. В душе царила пустота. Холодно и безразлично. Одна из девушек лет двадцати заплакала.
— Правила простые. Я буду тренировать заклинания. Выживет хоть один других отпущу, — «Это не мой голос!»
— Я согласен, — вперёд вышел худенький парень, — Моя жена беременна. Отпусти её.
— Нет! — те девушка, что заплакала первой, схватила его за рукав рубашки, — Нет, пожалуйста. Прошу, пожалуйста!
Он отцепил её руки и подошёл ещё ближе ко мне. Плачь девушки заглушил произнесённое заклинание. Парень вмиг покрылся волдырями. Их становилось всё больше и больше. Они начали набухать и гноиться. Он закусил губу, чтобы не издать ни звука и упал на колени. Волдыри начали лопаться и отходить вместе с кожей. Он закричал, на пол полилась кровь. Бабушка закрыла девушке глаза.
Он мучился не долго. Ещё до того как слезла вся кожа парень умер от кровопотери. Ник отпихнул его тело ногой.
Возьми в себя в руки. Ты жалкая, безмозглая идиотка! Руки тряслись, но не поддавались. Я снова направила на них палочку.
— Следующий.
Бабушка встала с пола и подняла плачущую девушку. Женщина постарше перехватив взгляд бабушки, взяла плачущую за плечи.
— Мне уже терять нечего, — улыбнулась старушка.
Она хромая вышла вперёд.
— Милая, тебе же не хочется убивать нас? — с улыбкой спросила бабушка, — Я вижу твои глаза. В них нет ничего от убийцы.
Мне удалось прикупить щеку, но это не помогло. Сейчас я не могла даже заплакать. Всё было под контролем.
— Вы не правы, — мой голос дрогнул и Донна усилила контроль.
То что бабушка смогла увидеть полную картину ни Нику, ни Донне не понравилось.
— Мне надоело, — процедила Донна.
— Тогда давай убьем их всех одним махом? — предложил Ник.
Нет! Ни за что не позволю!
— Ризис Очизо.
Из палочки Ника пошел газ. Убивающий смех.
— Вот и всё. Пусть остаются здесь, — Ник убрал палочку.
Они с Донной пошли на выход.
Не так просто. Если я сейчас ничего не сделаю все умрут. Почему всем всегда всё сходит с рук. Я настолько жалкая? Теперь такие ситуации станут обыденностью? Что если в такой ситуации окажется Ария? Что я смогу сделать? Не справедливо! Я не хотела такой жизни. Не хочу быть жертвой.
На секунду я почувствовала контроль над собой. Чего будет стоить моя жизнь если я проживу её так? Под защитой других людей. Так почему бы не умереть прямо сейчас?
Мне не потребовалось заклинание. Прогремел взрыв. Меня отшвырнуло к стене. Перед глазами всё поплыло. Крики. Стоны. Я услышала даже молитву. Яркое красное пламя пожирало всё. Мои руки были в огне. Я чувствовала боль, значит была жива.
Запах жаренного мяса заставил меня встать. Основной урон пришелся на Ника и Донну. Они стояли ближе всего к газу. Сейчас оба были мертвы. Их смерть была быстрой. Я попыталась разглядеть кого-нибудь из семьи, но дым застилил всю комнату. Уже было нечем дышать. Нас отрезало друг от друга обрушившаяся крыша.
Палочку я потеряла при падении, а потушить пожар без неё было невозможно. Как и разрушить барьер. Мы были загнаны в ловушку. Что я наделала.
Крики боли стали громче. Я села на пол и закрыла обгоревшими руками уши. Меня душили слезы. В голове повторялось только одно слово: жалкая. Жалкая, жалкая, жалкая, жалкая!
Огонь подбирался ближе, крики смолкли. Вся семья была мертва.
— Простите меня. Пожалуйста. Я не хотела, — шептала я свою молитву, зная, что они не простят.
Сегодня я стала пожирателем смерти и сегодня я умру. Это конец и я до самого конца была бесполезной. Не смогла даже управлять своим телом. Стала убийцей. Они не заслужили этого. За что я их убила?
Жарко. Не чем дышать. Скоро всё закончиться. Я просто уйду. Но как же Ария? Надеюсь, ты тоже простишь меня за то, что я оказалась такой слабой.
Неожиданно кто-то взял меня за ворот кофты и поставил на ноги.
— Прекрати уже жалеть себя! — грозно сказала Лили, — Агуаменти.
Огонь потух, оставляя после себя черноту. Она снова посмотрела на меня. Лили была одета в пижаму. Она явно спешила.