Через несколько дней доедали последние крохи. За столом сидели молча. Даже шумная детвора присмирела. Все чувствовали, что назревает кое-что пострашнее смерти — голод.
Ели уткнувшись в тарелки. Иногда кто-нибудь поднимал голову и обводил взглядом остальных, словно примеряясь, кому стать следующей жертвой. Каждый понимал — одну из грядущих ночей кто-то не переживёт. Конечно, мать первый претендент, но в свете последних событий с Ди, может стать и… другой.
Гнетущее чувство в душе росло с каждым проглоченным куском. Чем меньше на общем блюде их оставалось, тем ближе чья-то смерть.
Ди жевал, глотал мясо, но если бы кто-нибудь подсунул взамен снег, то подмену бы молодой разведчик не обнаружил. Он лихорадочно искал выход. Понимал, что одно дело отстоять мать у тупой и злобной невестки, а совсем другое, когда детей кормить нечем. Он даже прикинул, а не смотаться ли на корабль. Но эту мысль пришлось быстро откинуть. Во-первых, не дойдёт, а во-вторых, на корабле тепло, а значит, труп Давины успел разложиться.
Где взять мяса Ди не знал. Рассмотрел миллион вариантов, но еды достать негде.
Он иногда, украдкой, поглядывал на мать, старался запечатлеть её образ. В один из разов встретился с ней глазами.
«Прости» — постарался извиниться взглядом.
«Тебе не за что себя винить, — ответили материнские глаза. — Всё закономерно».
Ди лежал на лавочке, слушал очередную байку, которою рассказывали многочисленным племянникам. На этот раз про электрика Мусу, который, возвращавшись домой, надолго застрял в хламе вокруг дома ремонтников. В детстве он с превеликим удовольствием слушал эту байку. Смеялся во всё горло, когда Муса заблудился и решал в какую сторону пойти. Долго решал. Байка заканчивалась тем, что Муса всё-таки добрался до жены и детишек. Когда Ди подрос, то услышал настоящую версию: электрик так и не добрался, а жена и дети этому только радовались.
Мать закричала резко и оглушительно. Тири с ножом в руке и звериной ухмылкой на лице подходила к постели свекрови.
Ди кинулся к обрезу на стене. Но не успел раскрыть, чтоб вставить патроны, как перед глазами возникло ружьё с двумя вертикальными стволами.
— Дёрнешься — голову разнесу, — пообещал Гтирер. — Или ты будешь едой или она. Выбирай.
Молодой разведчик застыл. Видел, как невестка приближалась к постели матери; как заносила нож, а мать выставила руки и кричала. Слабо дёргала левой ногой, правая лежала без движения. В глазах застыл страх.
«Оттолкнуть ружьё, — размышлял Ди. — Гтирер выстрелит в стену, а я могу ударить его обрезом в живот. Пока будет корчиться, зарядить и выстрелить в Тири».
Но стоило взглянуть в лицо брату, как всякая надежда отпала — глава семьи чуть не нажал спусковой крючок, когда Ди пошевелил зрачками.
Молодой разведчик понимал, что у него есть лишь несколько мгновений для того, чтобы спасти мать. Посмотрел на Гтирера. Брат не сводил с него глаз. Ди почувствовал, что мышцы налились тяжестью, мысли начали ворочаться медленнее.
«Я не успею, — завертелось в мыслях. — Не успею. Он выстрелит и раздробит мне голову».
Оружие Гтирера было сделано первыми поселенцами. При нажатии спускового крючка выстрелы происходили один за другим. И при большой убойной силе ружья, попадали в одну точку. Выстрел из этого ружья превращал зверей в полуживое кровоточащее месиво.
Ди видел, что Тири подошла вплотную к кровати. Занесла нож, а потом начала бить. Видел, как мать кричала, пыталась отползти, но невестка наносила новые удары. В грудь, в живот, по рукам. Кровь брызгала на стены, на людей, а Ди стоял и смотрел. Понимал, что мгновение ушло. Теперь даже если и сможет вытащить мать из-под ножа, та всё равно умрёт от потери крови.
«Одно мгновение, — Ди продолжал смотреть на смерть матери. — Короткий миг, который я не использовал».
Гтирер забрал у Ди обрез и нож.
— Закончится Период Бурь — отдам, — сказал брат.
— А если я её потом убью? Я, в принципе, могу и потерпеть, — ответил Ди.
— Посмотрим, — туманно бросил Гтирер.
Дом блестел чистотой. Тири приказала сношенницам всё вымыть и вычистить от крови, а сама отправилась на заслуженный отдых. Невестки быстро справились. Вскоре ничего не напоминало о случившейся трагедии. Даже на кровати, где совсем недавно лежала свекровь, новая полноправная хозяйка разместила трёх своих детей.
После этого случая Тири перестала замечать молодого разведчика. Будто в упор не видела. Ди даже несколько раз попытался с ней заговорить, но она игнорировала обращённые к ней слова. Тогда он пожал плечами и успокоился, посчитал, что к лучшему.