И пока всё это говорю, понимаю до чего же чёкнутой была.
Зачем? Зачем было всё это терпеть?!
Идиотка.
Олег всё время молчит и держит меня за руку, не отпускает.
Это подбадривает, и придаёт мне уверенности.
Самое сложное, это рассказать про изнасилование, воспоминания ещё свежи, и причиняют боль.
Но я стараюсь, стараюсь не нырять с головой в этот омут воспоминаний.
Я не жертва, я не виновата в том, что случилось, это не моя вина, повторяю про себя, снова, снова и снова.
Перевожу взгляд с часов на стол, и натыкаюсь на руки.
На его руку на моей, она у него огромная, моя маленькая ручка просто утопает под его, как будто под надёжной защитой.
Смотрю на них, как на якорь, держащий меня на плаву, в сознании, не даёт утонить и окунуться в боль.
Кто бы мог подумать, что спустя столько боли и страданий, я встречу его, мужчину, что сейчас сидит передо мной.
Сидит и молча слушает меня.
Не убегает с криками, а всё ещё сидит.
Замолкаю и смотрю на него.
Он всё ещё молит.
Смотрит на меня и молчит.
Это ожидание, его каких-то слов, ил какого то решения, меня просто убивает.
Не могу больше находиться в этих эмоциях, хочу их отпустить, если ему не приятна я, после того что со мной было, я его понимаю.
Нет, не понимаю, зачем я вру себе?
Я такая же, как и все, всё также Ксана, что и вчера, и день назад, и два.
Почему ты молчишь? Кричу, но лишь в своей голове.
Всё таки не выдерживаю и говорю полнейший бред.
- Я пойму если ты уйдёшь, - смотрю в пол, но пелена слёз затуманивает взгляд, это даже больно произносить, что же ты со мной делаешь Олег!? - я проблемная, я правда пойму.
- Дура ты, глупая, наивная дура, - Олег отпускает мою руку, сердце замирает, неужели он уходит? Боже, как же больно ноет в груди. Слезы бесконтрольно срываются, и скатываются по лицу, падают на пол, на который я всё ещё смотрю, вижу очертания прозрачных клякс от них, с губ срывается всхлип, не могу больше держать это в себе.
Руки резко лежаться мне на плечи и притягивает к груди.
Утыкаюсь лбом в его каменную и такую надёжную грудь, вдыхаю полной грудью его запах, смесь парфюма и чего только ему одному присущие, моему любимого мужчины и рыдаю уже в голос, ни капли не сдерживаюсь.
Отпускаю все стены и запреты.
Волна облегчения, радости и счастья заполняют меня.
Реву и не могу остановиться.
Олег гладит меня по голове, прижимая сильнее.
- Тише, тише маленькая моя, всё хорошо, никуда я не уйду, - поднимает моё лицо, проводит по лицу пальцами, вытирая слезы, - слышишь? Я никуда не уйду, - целует в лоб и снова прижимает к себе.
И вот теперь я даю полную волю слезам, этот кошмар закончился.
Утыкаюсь в грудь сильнее, прижимаюсь максимально близко, хочу раствориться в нём полностью.
Руки намертво держат его за ворот кофты, а слёзы облегчения текут и текут по моим щекам.
Не знаю как мы будем дальше, и не хочу знать.
Плевать.
Я хочу быть с ним, а как это будет, не важно.
Олег
Сказать что я охуел, ничего не сказать.
Смотрю на неё.
И слова вымолвить не могу.
Единственно, что делаю, беру её за руку, что бы хоть как то поддержать.
Ксана, она меня сегодня убила выстрелом в упор.
Она такая хрупкая, смотрю на неё, на тонкую шею, которую я могу сжать одной рукой.
На руки под моей рукой, это не руки, ручки какие-то, и она вся такая, нежная и миниатюрная.
А сейчас она сидит на против и говорит что её бывший муж, бил её, не просто бил, а избивал, и за это я хочу ему сломать руки, потому что, дела даже не в Ксане, хотя сейчас и в ней, обижать женщин физически, недопустимо было всегда, нас же с детства учат, что девочек нужно оберегать, а не применять физическую силу, да мы сильнее, но не для того, что бы эту силу применять на них, они же все хрупкие и нежные, как цветы, за которыми нежно ухаживать, холить их лелеять, но бить, это выше моего понимания.
Мы же мужики, созданы для того, что бы их защищать, наших маленьких и нежных женщин.
У меня в голове не укладывается.
Челюсть уже давно ходит ходуном, от сдерживания этих эмоций, хочется просто кому-то размозжить башку, не кому то, а определенному мудаку, чьё имя не составит труда узнать.
И только я в голове убил эту паскуду, моя маленькая Ксана, моя милая и нежная девочка, говорит, что он её изнасиловав.
И всё.
У меня перед глазами всё поплыло.
Где я был?
Где я был, когда был ей так нужен?
Почему позволили этому произойти?
Вина это плохо, но сейчас я чувствую именно её.