Как доехал до дома не помню, начал бухать уже в машине, плевать что бухой за рулём, сейчас меня не волнует вообще ничего.
Немного пришёл в себя на квартире, где был счастлив с Ксаной, с этой сукой.
Все вопросы буду решать завтра, в том числе и вопрос с Ксаной.
Потому то, как она поступила, я не хочу и не могу понимать.
- Олег? – слышу голос этой предательницы.
Кажется он мне мерещится.
Но вот чувствую прикосновение мальнькой ладошки к плечу
И волна злости, гнева, ненависти поднимается во мне.
Вот она.
Виновница.
Поворачиваю голову и смотрю в эти блядские глаза, которые таращаться на меня, в совей излюбленной манере, полного обожания.
Сука.
- Что случилось? – не унимается она, актрисулька.
- А ты не знаешь? – поднимаюсь со стула с усмешкой, всё ты знаешь сука.
- Если бы знала, не спрашивала, - очень спокойно и тихо говорит мне эта
- Что ты блять наговорила Вилке, что её отсюда на скорой увезли, и она потеряла МОЕГО ребёнка? Мм? – говорю спокойно, точнее стараюсь, внутри всё бурлит от сдерживаемой злости.
И вот она, виновница этой злости.
- Не понимаю о чем ты, она пришла, я сказала что ей лучше поговорить с тобой, и ушла к себе, всё, - лепечет как цыпленок, но я то знаю её гнилую натурку.
- Да? У Вилки немного другой взгляд, она сказала, что ты, на неё орала, толкала её и выгоняла отсюда, когда она сказал что ей плохо, разбила её телефон, что бы она не смогла вызвать скорую, и ушла, оставив её одну, серьёзно Ксан? Не понимаешь о чем я? – подхожу прямо к ней, и последние слова выдыхаю прямо в её губы, в эти блядские губы.
Поднимает свою голову немного вверх и смотрит на меня.
Взглядом бемби.
Сука.
- Олег послушай, - начинает говорить, но я обрываю, хватит, не хочу слушать.
- Заткнись, - грублю, - я уже достаточно наслушался, молчи и ничего не говори.
Наклоняюсь и буквально вгрызаюсь в эти блядские губы.
Целую и кусаю, хочу хоть как то выплеснуть эту боль.
Сильно сжимаю её бёдра, эти блядские бёдра, понимаю что делаю больно этой хваткой, но сейчас мне плевать на её боль, меня волнует моя.
Поднимаю за талию и усаживаю на стол, утраиваясь между её широко разведёнными ногами.
Рву кофту в клочья, плевать.
Наклоняюсь и резко втягиваю в рот её блядский сосок, который уже призывно торчит и тянется в мой рот.
Сука.
Второй рукой расстёгиваю джинсы, и начинаю стаскивать, получается хуёво.
Эта сука выгибается и стонет, ей по кайфу.
Срываю её со стола, и снимаю, сдираю джинсы.
Разворачиваю её к себе спиной, не хочу смотреть в её глаза, наклоняю, расстёгиваю ремень, приспускаю брюки, и резко вхожу в неё, в мягкую и податливаю.
Сука.
- Мне больно, - всхлипывает.
Мне тоже.
- Плевать, - и серия сильных ударов.
Кричит во всё горло.
Сдавливаю поясницу руками, прогибая,, пара быстрых ударов и она кончает.
Крича моё имя.
Сука.
Зарываюсь рукой в её блядские волосу и впечатываю гооловой в стол, что бы не шевелилась, пара ударов, и кончаю ей на спину.
Облегчения не приходит.
Неприятное ощущение от этого поступка пожирает меня.
Сука.
Чувствую свою вину за то, что, только что произошло.
Обхожу её, не хочу смотреть на неё, на то что сделал с ней, открываю бутылку водки и пью прям из горда.
Всё таки смотрю на неё, и вспоминаю причину, по которой так поступил.
Сука.
Злость никуда не делась, она стала лишь сильнее.
- Пошла отсюда, - выплёвываю.
- Что прости? – она не понимает, а мне плевать.
- Что слышала, выметайся из моей кварты и из моей жизни, увижу тебя ещё раз, убью,- сквозь зубы, выхожу и иду в комнату.
Я думал, что полюбил её, она прочно засела в моей голове, я хотел меняться ради неё, хотел счастья для неё в первую очередь, потом уже для себя.
Я был готов на всё ради неё.
А она.
Она просто предала меня.
Прохожу мимо, не смотря на неё.
Не могу находится рядом с ней, не хочу её не видеть не слышать, да и знать тоже о неё больше ничего не хочу.
Она предательница и обманщица с невинным личиком, на которое я как идиот повёлся.
Мне противно от того что она сделала, да и не легче от того, что сделал я, от этого кажется даже хуже.
Как бы я её сейчас не ненавидел, опускаться до уровня её бывшего мужика не хочу и дело не в ней, нет, ей бы я голову свернул, дело во мне, как я потом буду жить с этим.
Но я уже опустился.
Ниже некуда.
И даже не смотря на то, что она особо против не была, от этого не легче.